– Знаете, а ведь вы первые ученицы, которые услышали похвалу из моих уст, – выдохнул я, с головой прыгнув в омут откровенности. По-другому с интуитивными магами нельзя, они сразу чувствуют ложь или недосказанность.
– Наверное, мы еще и первые твои ученицы, которым ты предложил отметить достижение в учебе, – улыбнулась Фиола.
– Истинно так. До сегодняшнего дня я пил с учениками только тогда, когда этого требовали обстоятельства, например, в честь какого-либо праздника.
– Ты просто не обитал с учениками в одной пещере, – хохотнула Гиола.
– Тем не менее, Трэшшен-ас-Ларр был последним учителем, к которому бы будущие маги пришли с вопросами. Меня недолюбливали за строгость, за следование традициям. Чаще всего, за глаза, меня называли некродемоном.
– Языкастые, наверняка, были вынуждены писать целые книги трактатов.
– Мне было плевать на оскорбления, если они не были высказаны мне в лицо. Я учил, учил жестко, но затем, через несколько лет, некоторые мои бывшие ученики подходили и благодарили за то, что я, пусть и силком, но вбил знания в их ветреные головы.
– Наш наставник по кинжальному бою тоже не расточал любезности, – кивнула Фиола, – гонял нас до упаду, зато теперь мы фехтуем лучше, чем большинство юношей.
– Учту на будущее. Только вы тоже учтите, что тыкать в меня кинжалом не стоит, личи очень, очень злопамятны.
– О, не волнуйся, мы сразу же устроим тебе пышные огненные похороны, – рассмеялась Гиола, – и даже поплачем, развеивая твой прах по ветру.
– Вчера во время вылазки в Бас-Сахапш я услышал, что лишенные после тщательно спланированного оставления Иллинора…
– Трусливого бегства, – ухмыльнулась некромантка.
– Я говорю так, как это было преподнесено правителям. На Иллиноре не осталось ни одного человека, остров объявили запретным. Мы можем вернуться и продолжить ваше обучение там. Я уверен, что мы сможем найти не пострадавшее жилье. Башня, конечно, обветшала, но если хорошенько поискать, то мы найдем уцелевшие артефакты, а, возможно, и книги. Ваше мнение?
– Ты сам говорил, что книгохранилище было уничтожено, если в Белой башне и сохранились книги, то только в комнатах учеников. Большинство из них нам не подойдут из-за того, что мы темные. Полагаю, артефакты либо похищены, либо уничтожены. Я не вижу смысла в переселении, – высказалась Гиола.
– Лишенные могут подкопить силы и вновь высадиться на остров. Тогда нам придется снова бежать, в спешке собирая свои пожитки. Как сказала Гиола, мы найдем лишь остатки, так что я предпочту остаться здесь, – кивнула Фиола.
– Таким образом, что бы я не решил, мы остаемся, – кивнул я. Конечно, у Иллинора были весьма серьезные преимущества в виде оставшегося в башне и прочих постройках имущества, но желанием лезть в логово светляков, с которым у меня связаны крайне неприятные воспоминания, я не горел.
– Ты наш учитель, следовательно, должен поправлять нас, если мы ошиблись, а не следовать за нами, – покачала головой светловолосая.
– Не имея достаточного количества информации, я могу ошибиться, так что самым разумным для меня в данной ситуации будет доверие вашему чутью.
– А как у тебя с предвидением? – решила сменить тему разговора Гиола, – какие неприятные уроки нас ожидают с завтрашнего дня?
– Ваш темный учитель приготовил вам море страданий, – хм, сдается мне, что ученицы планировали простую попойку с беседами на ничего не значащие темы, но передумали, – продолжим руны, само собой, поднимаем и призываем. Еще было бы неплохо попрактиковаться в поиске. Не надо на меня смотреть так, словно я пытаюсь вас оскорбить. Простые поисковики, которыми вы сейчас пользуетесь, лишь находят объект с заданными параметрами, например, потерянную вещь. А более сложные поисковые заклинания не только обнаружат необходимое, но и соберут всю его подноготную. Взлом чужого заклинания начинается как раз с его изучения с помощью поисковиков. Потом, имея в голове целостную картину, вы начинаете манипулировать линиями.
– Трэшшен, а тебе никогда не говорили, что ты зануда? – неожиданно поинтересовалась Фиола, – мы вроде бы договорились, что сегодня свободный от учебы день!
