– Каждая точка обозначает местонахождение того или иного носителя этого маркёра, – пояснил Мастерсон. – Но если вы вглядитесь внимательнее, то увидите, что наиболее кучно точки расположены вокруг главных городов вроде Дели и Мумбая. И это вполне объяснимо, поскольку там живет больше всего людей.
– А что здесь? – спросил Грей и ткнул пальцем в область в северной части Индии.
Элизабет поняла, чем был вызван его вопрос. Здесь, на севере, концентрация точек была гораздо выше, чем вокруг любого из мегаполисов.
– В последние три года своей жизни он сконцентрировал внимание именно на этом регионе. Именно это он и пытался выяснить: почему здесь носители генетических маркёров встречаются в наибольшем количестве.
– Что это за регион? – спросила Элизабет.
– Пенджаб, – раздался голос за ее спиной. Это был Лука Хирн. – Историческая родина цыган.
– Совершенно верно, – подтвердил Мастерсон. – Именно поэтому Арчибальд связался с цыганскими племенами в Европе и Соединенных Штатах. Ему показался весьма значимым тот факт, что истоки многовековой истории пророчеств и предсказаний судьбы лежат в одном месте, откуда они уже потом распространились по Европе и за ее пределы. Вот он и подумал: а не обнаружится ли тот самый генетический маркёр у цыган.
– Обнаружился?
Вопрос Элизабет был адресован одновременно Хейдену и Луке, но ответил на него профессор.
– Да, но не в том объеме, на который он рассчитывал. Это расстроило вашего отца.
Лука издал неопределенный звук. Элизабет повернулась к нему.
– Что?
– Тому была причина, – сказал Лука.
Теперь к цыгану повернулся и Грей.
– Ты это о чем?
– Именно поэтому мы наняли доктора Полка.
Лука так и не успел рассказать ей, в чем суть дела. Он заговорил об этом в самолете, но им помешали.
– Я уже говорил вам раньше, что доктор Полк хотел получить образцы крови наших самых выдающихся шовихани. Не мошенников, а настоящих колдунов. Но среди нас осталось мало таких.
– Почему?
– Потому что у нашего народа украли его сердце.
Лука продолжал говорить – медленно и мрачным голосом, рассказывая историю сокровенной тайны цыганских племен, тайны, уходящей корнями в глубь веков. Она касалась одного из племен, которое цыгане больше всего лелеяли и оберегали. С гаджами, то есть иноплеменниками, цыганам о нем было запрещено даже говорить. Это племя жило отдельно, в тайном месте, и находилось под защитой всех остальных цыган. Именно оно являлось хранителем цыганского наследия – способности предсказывать судьбу. Очень редко один из шовихани уходил в другое племя, обзаводился мужем или женой и оставался в нем, обучая его жителей своему искусству. Но преимущественно эти люди существовали изолированно и скрытно. Однако пятьдесят лет назад местонахождение племени было обнаружено, а все его члены – и мужчины, и женщины – расстреляны, зарезаны и закопаны в промерзшей земле.
В голосе Луки зазвучала особая горечь:
– Только вот в этой братской могиле не было найдено костей ни одного ребенка.
Элизабет сразу поняла, что это означает.
– Их кто-то забрал!
– Мы так и не узнали, кто именно это сделал, но… ни на один день не прекращали поиски. Мы надеялись, что доктор Полк со своей новой технологией отслеживания ДНК сумеет обнаружить давно остывший след.
– Удалось ли ему это? – спросила Элизабет.
Лука покачал головой.
– Мы от него так ничего и не успели узнать. Правда, несколько месяцев назад он прислал странный запрос. Ему было нужно узнать больше о нашем статусе неприкасаемых – тех, кто не входит ни в одну касту Индии.
Элизабет не знала, что это означает. Она перевела взгляд на Хейдена, но профессор только передернул плечами. И все же в выражении его лица, в прищуре глаз она заметила нечто странное. Он явно что-то знал.
Однако вместо объяснений Мастерсон достал авторучку и нарисовал на карте маленький крестик.
– Что это? – спросила Элизабет, обратив внимание на то, что крестик оказался посередине самого густого скопления точек в регионе Пенджаб.
– Это то место, куда мы должны отправляться, если хотим получить ответы.
– И что же это за место? – задал вопрос Грей.
– То самое, где пропал Арчибальд.
Николай шел по парку развлечений города-призрака.
Желтые машинки детского аттракциона стояли в лужах зеленой воды, в зарослях сорняков высотой по пояс. Крыша павильона давно провалилась, и от него остался лишь рыжий от ржавчины металлический каркас. Дальше, на фоне вечернего неба и заходящего солнца, возвышалось огромное колесо обозрения под названием «Большая Медведица». На его ржавом скелете безжизненно висели кабинки под металлическими зонтиками. Все это напоминало огромный памятник ужасу, рожденному к жизни чернобыльской катастрофой.
Николай шел вперед.
