— Да, ладно, ты чего?.. Мне это рабство, уже вот где! — Жерех провел рукой по горлу. — Я ведь сколько лет уже в рабстве. Только у Рамоса почти три года, а еще до него… Не знаю, как Коляныч ты тут десять лет выдержал, но меня это уже достало. Я уже начал думать, как половчее шею себе свернуть, а тут как раз это дело! Дай мне шанс!
Снова глубоко вздохнув, Коляныч, сказал:
— Ладно, нам посоветоваться надо. Сходи вон туда, — он показал на пригорок в полусотне метров в стороне.
Жерех сразу же поднялся на ноги и быстрым шагом отправился к указанному месту. Коляныч сделал знак и все остальные подошли и присели в кружок.
— Ну, что скажете? — спросил товарищей бывший раб.
— А что мы? — хмыкнул Добер. — Это ты скажи нам! Твой это дружок.
Елизар согласно кивнул.
— Говорить тут нечего, — задумчиво проговорил бывший раб. — Жерех — нормальный тип. Сроду не унижался и никому на «Дрифте» жопы не лизал. Скорее всего, он не врет…
— Ну, тогда, — не выдержал Агей. — Надо брать его!
Стражник сверкнул на парня глазами и сказал:
— Взять можно, но еды, как Коляныч сказал, у нас в обрез. А он ведь тоже жрать будет!
— Еды у нас пока достаточно, — сказал Елизар. — На неделю только так хватит.
— Еда, это да, — сказал Коляныч, глядя на здоровяка. — Вот утром, мы надеялись Носа и Лысого встретить. Так?
— И что? — не понял Добер.
— Если бы мы их встретили, то взяли бы с собой?
— Конечно!
— Вот. Они бы еду тоже ели.
— Ну, так то это ведь наши.
— Да я бы очень рад был, если бы они с нами были. Но сейчас и Жерех сгодится. Он не дурак и я все-таки ему верю. Нормальный он тип и, я уверен, он нам пригодится.
— Как думаешь? — посмотрел он на старика.
— Я думаю, надо брать его, — кивнул Елизар. — В нашем случае, чем больше народу, тем лучше.
— На этом и остановимся, — подвел итог Коляныч. — Берем его с собой. К тому же поможет нести. Но будем за ним смотреть. Если что подозрительное выкинет — сразу решим с ним. Согласны?
Все, включая Агея, кивнули.
Бывший раб, подозвал товарища и когда тот подошел, сказал:
— Вот что, Жерех. Ты не подумай, что я издеваюсь, но просто знаю я, что ты хороший парень — не паскуда. Поэтому и предупреждаю, что идем мы на свободу, но шанс выжить там, очень мизерный. А вот шанс сдохнуть от голода или голову потерять, ну очень высокий. Поэтому, последний раз тебе говорю — подумай хорошенько!
— Да мне и думать нечего! — сказал Жерех, обведя всех взглядом.
— Вот, посмотрите! — он показал на свое предплечье, изуродованное рабскими клеймами. — Я в рабстве не один год и не сбежал, потому что хорошего шанса не было. Вон, спросите у Коляныча, он расскажет, что бывает за побег. Но сейчас я точно решил — назад уже не пойду. И если возьмете меня с собой, то я с вами, что называется, до конца пойду!
— Хорошо, Жерех, — усмехнулся Коляныч и протягивая ему руку. — Тогда, идем с нами.
Тот пожал ему Колянычу и обошел остальных, пожимая им руки.
— Ладно, — сказал Коляныч. — Теперь, прежде чем пойдем дальше, давай вот что обсудим. Значит, по-твоему, за нами уже погони нет?
— Уверен, что нет, — кивнул Жерех. — Основные силы ведь вперед ломанулись, чтобы вам путь на север перекрыть. Они-то думали, что вы дурики, а вы правильно сделали, что сюда свернули. Конечно, они могут тоже сюда рвануть, но не думаю, что так будет. Ты же сам этих ублюдков знаешь. Не полезут они так далеко в незнакомые места.
— Да, — задумчиво кивнул Коляныч. — Идем тогда.
— Погодите! — почти выкрикнул их новый товарищ. — Нам ведь надо как можно быстрее идти? И у меня вот какая идея.
Жерех предложил «оптимизировать груз». Сделать одни носилки легче, а другие тяжелее. Тяжелые несли бы, меняясь трое «силачей» — Коляныч, Жерех и Добер. Двое несут, а третий «силач», отдыхая, нес бы легкие носилки вместе с одним из «слабых» — Виленом или Агеем, которые также менялись бы — один несет, а другой просто идет, отдыхая.
Услышав это, Добер сразу скривился, заявив, что делать больше нечего, как с барахлом возиться под носом у пиратов… Но остальные живо поддержали новую идею. Под руководством Елизара они быстро переложили груз, немного разгрузив одни и утяжелив другие носилки. Тяжелые носилки взяли Жерех с Добером, а легкие Коляныч с Виленом. Агею предстояло идти налегке и набираться сил. Елизар же должен был следить за временем и каждые двадцать минут объявлять о «смене команд». Только сейчас Агей заметил у старика на левой руке золотые часы. Наверняка их ему подарил Коляныч или Нос.
Двинулись в путь. Добер, недовольно глядя на идущего рядом Агея, заныл, что тот мог бы что-нибудь нести. Елизар кивнул, взял большой бидон с водой с тяжелых носилок и дал в руки Агею, после чего бугай немного успокоился. Бидон был не сильно легким, но по сравнению с носилками, это совсем не тяжесть.
Через двадцать минут сменились. Агей взялся за легкие носилки вместе с Добером, Коляныч и Жерех взялись за тяжелые, а Вилен принял в руки бидон с водой.
— Ну, что, легче нести? — спросил Елизар здоровяка, когда двинулись в путь.
— Да так-то легче, — пробормотал тот. — Но как-то это…
Не зная, к чему придраться, он замолчал.
