Устремлен туда, где сквозь полумрак и поднятую пыль, не стесняясь ничего, прямо на троне сидел человек с золотой короной на боку и смотрел на меня.
— Все таки заметил, — тяжело вздохнул сидящий на троне человек, и его красные глаза вспыхнули огнем.
Вспышка раскатилась по залу горячей огненной энергией, под властью которой, в до этого темном тронном зале загорелись все до единого светильники и свечи. Засветились так ярко, что во всем гигантском зале не осталось ни единой тени, а лицо человека на троне обрело знакомые очертания.
— А ты неплохо скрывал свою гнилую суть… Люциус, — искренне похвалил я высокомерно смотрящего на меня мужчину в расстегнутом черно-золотом пиджаке, — или как мне тебя называть?
— Ох, и это ты тоже заметил? — удивленно хмыкнул тот и одарил меня тремя медленными хлопками в ладоши, — впечатляет, воистину впечатляет. Ты превзошел все наши ожидания, Паладин Тьмы Маркус, — добавил он и расплылся в довольной улыбке.
— О, ты знаешь кто я такой и все равно остался здесь? — пришел мой черед удивляться.
— А чего мне, собственно, бояться? — усмехнулся Люциус и провел пальцем по ребристому золотому трону.
И в этот момент за его спиной вспыхнули два круглых огня. На этот раз это были не свечи, а нечто вмурованное прямиком в стену. Это нечто, представляющее собой неживой узор из золотых линий и витеватых рун вдруг начало шевелиться и обретать форму.
Два круглых огня расширились, внутри них появилось что-то вертикальное и черное, после чего это нечто, оказавшееся зрачком… моргнуло?
Затрещали своды, завибрировала земля и застонали колонны. И под этот веселый аккомпанемент, приправленный утробным звериным рыком, за троном проявился золотой дракон и, оскалив пасть, угрожающе распахнул крылья в стороны и опустил свои когтистые лапы на трон, оставляя на нем вмятины.
Стихийный ответ Металла и Огня в мгновение ока подскочил до семидесяти процентов, дышать стало тяжелее, а от резкого скачка температуры начал плавиться и стекать по колоннам металл.
Теперь понятно почему в этой стороне здания было так мало людей. Всех неспособных контролировать температуру тела бы просто выжгло изнутри от одного только взгляда на это воплощение стихийного чудовища.
— Давно не виделись, Аурелион, — приветливо махнул я рукой величественно возвышающейся над троном золотой ящерице.
— О! Так ты знаком с нашим Родовым фамильяром? — хмыкнул Люциус, и, медленно поднявшись с трона, провел ладонью по грубой золотой чешуе.
Только вот стоило ему коснуться дракона, как тот отмахнулся от него как от мухи и крепче сжал свои могучие когтистые лапы на золотом троне, при этом неотрывно глядя на меня своим огненным вертикальным зрачком.
— Уверен, что это он ваш Родовой фамильяр, а не наоборот? — усмехнулся я и провел рукой по одной из колонн, демонстративно отколов оттуда крупный золотой кусок.
Непростой на вид и ощупь металл с шумом упал на мраморный пол, а сам дракон тут же дернулся в мою сторону, недовольно зашипел и клацнул челюстью, едва не зацепив стоящего прямо под ним Люциуса.
— Как я и думал, — улыбнулся я, — он защищает свое драконье логово, а на тебя ему насрать.
— Да как ты смеешь⁈ — оскорбился Люциус Аурелис VII и уставился на меня полными ненависти красными глазами.
— Хочешь сказать я не прав? — вызывающим голосом отозвался я, — ну, если так, и ты действительно его хозяин, как говоришь, то тебе не составит труда отдать ему приказ. Не так ли?
— Мне нет никакой нужды что-то тебе доказывать, — пренебрежительно фыркнул Люциус.
— Да-да, — хмыкнул я, потеряв всякий интерес к Люциусу и перевел взгляд на дракона, — подскажи, приятель, с каких пор великий и непокорный дух истинного огня прислуживает людям как ручная собачонка? — произнес я на чистом драконьем языке.
Тот меня явно понял, но в ответ лишь яростно прорычал, заставляя своды многострадального дворца вновь ходить ходуном.
— Силенок говорить не хватает? — засмеялся я и, отстранив ладонь, демонстративно положил ее на рукоять клинка, при этом пристально глядя на дракона, — так с чего ты тогда взял, что их хватить, чтобы мне угрожать, собака?
Говорил я все еще на драконьем и было забавно смотреть как Люциус ничерта не понимает. Ага, управляет он фамильяром, конечно.
За реакцией самого дракона наблюдать было не менее забавно.
— Аргхаааа!!! — сразу после моих слов раздался дикий драконий рев, и распахнувшаяся пасть изрыгнула перед собой гигантскую волну дикого стихийного огня.
Люциуса спас огнеупорный трон, а вот мне пришлось прикрыться мантией, что помогло мне избежать каких-либо повреждений. Ни малейшего ожога не осталось, и это явно не понравилось дракону.
С блеснувшим праведной яростью глазами, золотая ящерица распахнула крылья и издала дикий рык. На этот раз еще более громкий чем в предыдущие. Многострадальное здание заныло, но на этот раз все не ограничилось этим. От стен, колонн, пола и потолка начали отлетать частично расплавленные золотые куски. Они врезались в тело дракона и, мгновенно превращаясь в золотую «жижу», растекались по телу дракона, принимая форму золотой чешуи.
