— Это нормально, просто попробуй связаться позже. Астральная сеть туда добивает с перебоями, а обычные каналы связи сбоят всю последнюю неделю. Лев говорил, что все в порядке и под контролем, но я на всякий случай переправила туда одну из своих проекций, а уже через нее, как через ретранслятор, подключила систему мониторинга за их жизненными показателями. Если бы там что-то случилось, я бы знала.
— А установить с ними связь принудительно можно? — уточнил я.
— В принципе, да, — слегка задумавшись, произнесла Лекса, — я могу сжечь энергию проекции, и добить до них сквозь любые помехи, но ненадолго. Потом проекцию придется менять, а это процесс не быстрый.
— Делай, — не раздумывая, произнес я.
— Не берут, — озадаченно произнесла Лекса спустя несколько секунд, — я не понимаю… это должно быть какая-то ошибка. Их жизненные показатели в норме.
— Перезвоню, — хмыкнул я повесил трубку.
После чего, черпанул от души энергию из внутреннего источника и попытался установить дистанционную связь с восточным древом и… оно не откликнулось, словно его там и нет.
А вот это уже нехорошо.
— Что-то случилось? — глядя на все это дело, спросил Князь Воды.
— Пока не знаю, но предчувствие мне не нравится, — сказал я как есть, после чего, накинув куртку на ходу, выскочил на улицу и бегом направился к узловым Порталам.
Неужели…
Перебирая возможные варианты, я спустился в комнату с узловыми Порталами и первым делом коснулся алтаря.
Каменная плита отозвалась теплом и покорностью, после чего я оперативно нашел нужную связующую нить и послал в нее сигнал. Первой была мысль облегчения. Восточное пространственное «Древо» стояло на месте и исправно приняло мой сигнал, однако обратно сигнал не пошел, словно оно думает.
Одну секунду «думает», две секунды, десять.
Слишком долго, учитывая, что обратный отклик должен приходить мгновенно.
Сбросив связь, я влил еще больше энергии в канал связи и попробовал снова, но эффект был тем же. Запрос внутрь проходил, но обратно ответ не возвращался. Независимо от вложенных усилий.
Странно.
Можно было долго рассуждать о причинах, но зачем, если можно просто пойти и проверить лично.
— Да, котяра? — усмехнулся я, глядя как из тени выполз потягивающийся на ходу Кот.
Вальяжно вывалившись, он окинул меня безразличным взглядом, лениво зевнул и начал умываться.
— Ну, не хочешь как хочешь, — пожал я плечами и приготовился тянуть за энергетическую нить Восточного Древа, но был грубо прерван осуждающим «Мрр-ря!».
— Хочешь со мной? — замер я на полпути, — не похоже как-то.
— Мря-мря-мрр-р-ря-ря! — пробурчал пушистый котяра недовольно то, что можно было дословно перевести как «вдруг война, а я не мытый».
И, не дожидаясь моего ответа, тот продолжил гигиенические процедуры.
— Что ж, мыться это правда важно, — согласился я и начал снимать одежду.
Окинув меня недоуменным взглядом, котик фыркнул, не отвлекаясь от дела. А когда я, оставшись босой и в одних трусах, сделал шаг вперед, тот вдруг подозрительно замер с приоткрытым ртом и забавно высунутым языком.
И еще до того, как он его всунул обратно, и успел издать хоть звук, я опустил ладонь на его заспанную моську и приказал: — «перемести».
Черная вспышка. Потерявший краски родной мир, сменяющийся всепоглощающей Тьмой и просвет выхода обратно.
Хотел бы я сказать, что родной мир нас встретил яркими красками и пением птичек, но нет.
Это были объятия холода, мрака и глубины. Дно озера не сильно изменилось с нашей последней «встречи», разве что установка «Посейдона» не подавала признаков жизни, словно ее выключили.
Нахмурившись, я подплыл к ней и провел ладонью по рунам, однако никаких сбоев не обнаружил. Все энергетические контуры установки находились на своих местах, однако энергетические частицы внутри не двигались, словно их поставили на паузу. Осознав, что исправить это отсюда не получится, ведь проблема не в установке, я оттолкнулся от илистого дна ногами и поплыл наверх.
Когда я выбрался на берег, Кот был уже здесь. Фыркал, ворчал и отряхивался, в паузах между этим, вылизывая свою шерстку, с которой ручьем стекала ледяная вода.
— Мр-р-рчпх, — завидев меня, пробурчал пушистый, и нарочно отряхнулся так, чтобы все капли с его прекрасной матово-черной шерстки полетели на меня.
Водную атаку я отразил вынутым из теневого кармана полотенцем, после чего быстро обтерся и укутал в него Кота. Сопротивлялся засранец недолго, и только для виду, чтобы не пострадала его гордая натура. После чего с остаточным мурчанием, и торчащей во все стороны сухой шерстью, он отпрыгнул в сторону и осмотрелся.
Сам же я вытащил из теневого кармана свою одежду и начал одеваться, и пока я это делал, никто к нам так и не подошел. Более того, вокруг было совершенно пусто.
Пустой пляж. Пустые улицы. «Пустым» было все. Все, включая энергетические частицы вокруг, замерло и не двигалось.
Ни единого звука, ни единой живой души. Хотя нет, одна живая душа вокруг все-таки была.
