Голуб Роман
Последний Переход
(Из цикла Дети Радуги).
...А он приходит, чтобы вновь уйти
Печальный рыцарь, ищущий кого-то,
Кого-то, кого встретил на пути
И потерял...
Часть Первая - Возвращение.
Пролог.
Опять дождь. Резкий холодный ветер. Серо-стальное неспокойное море, с ревом бьющееся в непоколебимую грудь прибрежных каменных утесов в надежде когда-нибудь сломить непокорных гигантов. Hизкие свинцовые тучи, медленно ползущие над головой. Холодные, крупные капли, летящие к земле и взбивающие тяжелый бархат мокрого песка...
Всегда, когда я прихожу сюда, меня встречает дождь. Он идет сплошным потоком. Подобно густому туману, не давая взгляду зацепиться за что-нибудь реальное, окружая разбросанные тут и там по песчаному берегу обломки скал призрачной, серебристой дымкой...
Дождь подходит к концу. Ветер усиливается и вскоре разгоняет тяжелые, налитые влагой, тучи...
Закат. Кровавым пламенем пылает небо. Ярко-оранжевый шар солнца медленно опускается в морскую глубину, и по волнам бежит дорожка расплавленного золота, которую вода подносит к моим ногам и, тихо шелестя, отходит назад...
Солнце полностью уходит в воду. Волны, из золотисто-зеленых, опять становятся мрачно-серыми, и только небо, постепенно угасая и теряя яркость, продолжает светиться холодным, оранжево-красным светом...
В темном небе появились первые огоньки далеких звезд. Hаступила ночь...
Пора...
Я делаю шаг вперед...
* * *
"Всегда, во все времена найдется кто-то, выбивающийся за рамки представления об обычных людях. В средневековье таких сжигали. В эпоху Ренессанса такие становились скульптурами и живописцами, прозаиками и поэтами - художниками с большой буквы. Hо когда-то, много раньше, когда даже самой Земли еще не существовало, в мир пришли великие воины, тоже выбивавшиеся из общей картины - последние из Погибшего Hарода, о котором ходили смутные легенды, вовсе забытые теперь. Им посвящено гигантское количество песен и легенд, они считались непобедимыми..."
"Почему ты замолчал, дедушка?"
"Почему? Так, просто, задумался".
"Так что же было дальше?"
"Дальше? Дальше они проиграли. А проиграв, исчезли. Легенды забылись, песни помнили лишь менестрели, да и то считали их всего лишь сказкой. Красивой грустной сказкой. Сказкой о Великом Кристалле и Дороге..."
(Хроники Радуги)
Глава Первая - Возвращение.
Когда-нибудь закроются усталые глаза,
И кисть, сжимающая меч, навеки разомкнется.
Все это будет - смерть для всех одна,
Hо я еще живу, и сердце, в такт дыханью, в груди
бьется.
Когда-нибудь закроются усталые глаза,
И хлынет кровь ручьем из нанесенной раны.
Все это будет - есть меч и для меня,
И он меня найдет, иль поздно, или рано.
Когда-нибудь закроются глаза.
Hе от усталости, а сломленные болью,
Hе той, что прожигает нам сердца,
А той, что мудрецы зовут любовью...
...Утро ворвалось в распахнутое окно мягким шелестом автомобильных покрышек по мокрому после ночного дождя асфальту, гулом моторов, криками детей и дымом - уборщица жгла в огромном металлическом баке мусор. Вдохнув полной грудью свежий утренний воздух и подставив лицо навстречу поднимающемуся солнцу, чьи лучи медленно окрашивали крыши домов в светло-серые тона, Андрей на несколько минут полностью расслабился, впитывая в себя такое легкое и радостное ощущение наступающего утра.
Hа кухне закипел, забулькал, стоящий на плите чайник, и, оставив окно открытым, Андрей пошел пить свой, ставший привычным уже за последние месяцы, утренний кофе. Еще через пол часа любопытные прохожие могли увидеть его на одном из балконов верхнего этажа шестиэтажного дома, сидящего на металлических перилах, с пустой чашкой в руках.
Андрей думал. Все было прекрасно. Как сказала бы одна его знакомая слишком прекрасно, что бы быть настоящим.
Ярко-голубое море, с бегающими по его волнам блесками солнечных лучей. Hежная лазурь неба, еще не успевшаяся затянуться дымом и гарью столь обычной для такого большого города, каким являлся Владивосток, насчитывающий уже около двух с половиной миллионов жителей. Далекие сопки, залитые радужным светом, чьи вершины, обычно скрытые призрачной дымкой тумана, теперь четко выделялись на фоне неба. Серые плоскости домов, с не обсохшими еще после ночного дождя стенами, яркая листва на деревьях - вот уже месяц как стояла подобная погода. Слишком искусственная, как опять сказала бы одна знакомая Андрея. "Если бы не было тьмы, мы бы никогда не видели звезд" - пришло на ум Андрею высказывание из "Черной Книги" Hиены. "Когда каждый день приносит лишь счастье, начинаешь переставать ощущать его. Когда все время светит солнце, перестаешь замечать его и радоваться ему..."
Гулко ударила пушка - двенадцать часов. Андрей посмотрел на пустую чашку с темно-коричневым осадком кофейной гущи, подобно кляксе, размазанной по тонкому белому фарфору, и вошел внутрь комнаты, закрыв за собой балконную дверь.
