Итак, исходная посылка: начиная примерно с середины девятнадцатого века отмечается проникновение на Землю неопределенной чуждой силы (как философ, Княженцев в определениях был осторожен). Эта сила, создав несколько плацдармов в разных местах, всяческими способами пытается утвердиться на планете. Да можно сказать, уже утвердилась – по крайней мере, здесь, в образе зловещего озера Зираткуль. С этим тоже согласны?..
– Допустим, – сказал не менее осторожный со словами Кауфман.
Допустим. Что дальше? А дальше – имеем то, что имеем. Зираткульская аномалия ведет себя довольно уверенно. Сугубых успехов она не добилась, однако – мало-помалу движется, расширяет ареал, проникает в людские души. Не во все, тут спору нет; но кое в какие влезла. Словом, постепенно, осторожно, без лишнего шума обживается эта чужая сила на Земле. И уже не позволяет никому к себе приблизиться. Все попытки сделать это – и спонтанные и целенаправленные, жестко блокируются. Хотя она не против того, чтобы люди жили близ нее. Почему? Да несложно догадаться. Потому что как раз через них, через их подсознание она и продолжает медленно, но верно расползаться по земному миру.
Так что ж, выходит – это все? Ни черта с этой силой не поделать, и мы, земляне, по собственной глупости проиграли нашу Землю?..
Здесь Княженцев обвел взором всю честную компанию. Лица ему понравились. В них был
– Нет! – грянул он. – Совсем нет!
Нет. Долой грусть-тоску и всякую прочую печаль! Вот вам живой пример: Сергей Аристархович Беркутов. Он сколько лет живет здесь, и что? Ничего ему никакая точка сделать не смогла!
– Вот скажите, – с напором говорил философ, – этот… Пыжов! Пытался он как-то к вам подъехать, даже, может, надавить? Я уверен, такое было!
– Было, – подтвердил лесник. – Да сплыло. Он… то есть
– Догадалось, значит, – понял Пашка.
– Думаю, да.
– А поделать ничего не могло! – с торжеством объявил Егор.
– Ну, правда, и я с ним ничего не мог, – Беркутов усмехнулся. – Паритет.
– Вот! – Егор будто того и ждал. – Вот! – Он рассмеялся.
Вот она – ключевая мысль, которую докладчик и хотел донести до всех. Есть люди, успешно противостоящие этой незримой силе. Один из них – перед вами… А теперь, коллеги-интеллектуалы, слушайте условие задачи: пятеро туристов отправляются к аномальной зоне, понятия не имея, что она – аномальная. И зона вдруг начинает проявлять активность на грани истерики! Она изо всех сил тормозит этих людей, мешает им идти. Она пытается морочить их еще в поезде. Она приходит в ярость на реке. Она пытается задержать их мертвоглазым оборотнем. Её выкормыш кружит ночью вокруг дома Клавдии Макаровны. Она похищает двоих, самых слабых из них… Вопрос: зачем?!
И Егор вновь оглядел публику. Все поняли так, что он ждет ответа.
– Ты… хочешь сказать… – начал Аркадий неуверенно, как бы ощупью.
Павел перебил:
– Кого смогла, того и одолела? Так, что ли?
– Да! – вскричал Княженцев, сияя. – Именно!
Условие, вопрос. И вот ответ: потусторонняя сила почуяла, что дело плохо. Что к ней приближается человек, который сумеет надеть на нее намордник, а то и вовсе загнать в дырку – откуда она когда-то прорвалась в наш мир!..
Егор заговорил пылко и образно – от вдохновения, пробило его на велеречивость. От нервов, наверное.
Что же до пресловутого человека – то не надо, наверное, повторять, что это Аркадий Кауфман, мужчина необычных дарований, которые в обычной жизни были просто не востребованы. А здесь… похоже, что Зираткуль сам себя загнал в тупик: чем яростнее он давит на Аркадия, тем более растут и обостряются экстрасенсорные способности Кауфмана! Следовательно…
– Стоп, стоп, – Кауфман засмеялся негромко. – Польщен таким выводом, однако, неправда ваша. Насчет способностей – не отрицаю; да, что-то такое в самом деле… Но чтобы так уж распирало? Не знаю. Ведь в лесу нас Сергей Аристархович спас, никто другой! Если б не он… Не знаю, не знаю.
– И нечисть вся тут же смылась… – вполголоса напомнил Павел. Теперь как будто впал в раздумье он.
– Все верно. Что на это скажешь, теоретик?..
Егор нахмурился – и сразу озарился.
– Еще гипотеза! – провозгласил он.
Может быть, дело в том, что способности людей суммируются?! Пока Беркутов был тут один… ну, не совсем один, тут же оговорился Княженцев: конечно, были и другие, та же Клавдия Макаровна, еще люди… Это противостояло пришельцам, но все-таки было не то. А вот Беркутов плюс Кауфман, ну и прочие понемногу – и критическая масса пройдена, паритет нарушен! Потому зона так и осатанела и пошла сдуру молотить по площадям. Семен с Виталием пали жертвой этой войны; они действительно оказались послабее, их сила смогла поглотить…
(Между прочим, дополнил Егор, между прочим, симптомом этой человеческой стойкости, очевидно, является моложавость субъекта – недаром Аркадий и Сергей выглядят намного моложе своих лет, а вот бедолага Семен смотрелся куда старше… но это так, к слову.)