И попытался поехать вперёд. Однако машина стояла, а колёса будто висели в воздухе. Попытка ехать задним ходом также не увенчалась успехом. Следом было подключение переднего моста, включение блокировок всех дифференциалов, понижающие передачи. Безуспешно. Настал самый «любимый» всеми джиперами момент…
— Надо толкать, — заключил Петрович.
По салону прошёл ропот, но согласись все. И попытались выйти через двери. Однако снег мешал открыть более, чем на пару сантиметров.
— Петрович, вылезай — откапывай, — командует Петренко.
— А чего я? — возмутился Петрович.
— Потому что ты единственный, кто в окно пролезет, — сказал капитан.
Что-то, проворчав, Петрович открыл окно и вылез. Далее он начал откапывать двери. Лопаты нет, варежки промокли. Поэтому, откопав все двери, Петрович положил варежки на воздуховод печки и залез внутрь, погреться. Остальные мужики попытались его вытолкнуть. Безуспешно. После небольшой передышки они принялись копать толпой. Копали долго, но докопали до грунта под колёсами. После неудачной попытки выехать копали под днищем. Которое, как выяснилось, село на нехилый валун. Решили толкнуть. Где-то после пятой попытки машина обрела возможность двигаться сама. Петрович развернул его, а затем с наскока выехал на дорогу. Остальные пассажиры добрели до машины.
— Мог бы и подождать, — задыхаясь, сказал Веня.
— А мы бы выехали, а? — спросил его Петрович.
Ехали дальше они без спешки. Вечерело.
Под вечер мы добрались до какой-то деревни. И, что самое интересное — в деревне была жизнь. Это можно было понять по дыму из труб. Самосёлы?
— Заедем? — задала вопрос рация голосом тестя.
Все посмотрели на меня. Я кивнул, и Колян ответил ему:
— Да, заедем.
Эх, может, поспим в нормальных кроватях, а? И дежурить не надо. Красота! Рай, а не деревня. И мы свернули в ту сторону. Через несколько сотен метров мы были уже возле КПП перед деревней.
— Кто такие? Я вас первый раз вижу, — сказал какой-то странный тип возле КПП.
— Ты прав, мы люди не местные. Проездом здесь. Пустите переночевать? — говорю ему.
— Куда путь держите? — спрашивает тот.
— В Сибирь, — отвечаю ему.
— Ладно, сейчас, со старостой поговорю. Ждите, — сказал дежурный.
И он куда-то отошёл. Через некоторое время он вернулся. С ним была какая-то женщина:
— Мелания вас проведёт до дома, где вы можете остановиться.
Она села сзади. Мужик, который нас встретил, открыл шлагбаум, и мы поехали. Тётка эта, Мелания, указала нам дом, где мы можем поспать, и покидает нас. Заезжаем во двор, закрываем ворота, заходим в дом. Вдруг мне приходит сообщение на инфолинк. «Вам звонил абонент номер…». Сивый? Чего забыл?
— Народ, тут инфолинк работает, — сообщаю всем очевидный факт.
Сам же решил перезвонить Сивому:
— Тоха, вы чего? В город вернулись? — удивился он.
— Нет, а что? — не понял я.
— Полный кирдык — сначала СБшники просто пришли в трущобы, — говорит он. А теперь они сюда пришли конкретно нас уничтожать. Типа мы вас прикрываем. Кстати: а вы сейчас где?
— Не знаю: деревня какая-то, — говорю ему, пожимая плечами. — Где инфолинк работает, что удивительно. А что, говоришь, в городе?
— Что-то типа Гражданской войны назревает, — пояснил он. — Тебе Николаич привет передаёт. Что? ЧТО?! Тоха, ты это слышал? Желябов говорит, что вы, похоже, в Людоедовке! Валите оттуда!
И в этот момент связь прервалась. А на инфолинк пришло сообщение: «Ваш имплант связи заблокирован. Для разблокировки подойдите в офис „ГородТелеКом“». Так, очень интересно. Тёща вышла из ванны, туда направилась мама.
— Представляете, у них полноценный душ! — радостно воскликнула она.
Знаками показываю тестю и Коляну выйти на улицу. Они поняли, и мы всей толпой вышли на улицу. Лена осталась кормить Мишку, Катя просто осталась за компанию, тёща достала книжку.
— Мужики, мне сейчас Сивый звонил, — говорю, после чего рисую расклад: — Короче: нам надо валить. Говорит, что мы в Людоедовке.
— Чего? Где? — Колян не понял.
— Ему староста трущобный об этом сказал, — объясняю ему.
— А он откуда знает? — спросил тесть.
Колян промолчал, я объяснил. Неожиданно до нас дошёл запах жареного мяса.
— Мясо! — заметил Колян.
— А ты скотину слышишь? — говорит тесть.
— Нет, — уверенно отвечает Колян.
— Да и погоста я не припомню, — задумчиво чешу подбородок. — Хотя мы заезжали с горы. И всю деревню было видно…
— Валим по тихой, — Колян высказал мою мысль.
Мы начали собираться. Женщины, конечно, были «рады» такому повороту событий. Но тем не менее согласились с нами. Заправили машины с канистр, загрузились обратно и запустили моторы. Колян пошёл открывать ворота.
— {Внезапно}! Они их снаружи заперли! Тоха, подсоби!
После этих слов ни у кого не осталось сомнений в правильности наших действий. Только помог Коляну перескочить ворота, и он их начал открывать, как вдруг:
— Еда! Наша еда пытается сбежать! — заорал кто-то на улице.