– Ну, хорошо, допустим, Панкрашина делала все возможное, чтобы муж ничего не заподозрил. А Курмышов? Ему-то зачем скрывать от окружающих свой роман с женой бизнесмена? И потом, они же должны были как-то контактировать, созваниваться. Этот парнишка, Надир, мне твердо сказал: среди телефонных номеров, которыми пользовался убитый ювелир, нет ни одного телефона Панкрашиной, ни мобильного, ни домашнего. И среди контактов Панкрашиной нет ни одного телефона Курмышова. Надир – мальчик с головой, он проверил не только мобильный, домашний и рабочий номера ювелира, но и телефоны его ближайших помощников на фирме, людей, с которыми он давно работал и которые преданы ему. Мало ли, может, они связывались через мобильник начальника производства или старшего технолога! Вот какие мысли этому мальчику в голову пришли! И ничего не нашел. Ни-че-го! Скажу тебе больше: у него хватило ума проверить электронную почту Курмышова и его переписку в социальных сетях. Панкрашина компьютером не пользовалась вообще. Ее дочь показала, что если маме что-то было нужно, она просила Нину найти или сделать, но сама к компьютеру не притрагивалась и даже не знала, как его включать. Тем более у Нины стоит пароль, которого ее мать не знала. Или ты полагаешь, что любовники пользовались записками и тайниками? Чушь все это!
– И все равно я хочу понять, как ожерелье попало из сейфа Курмышова к Панкрашиной и как оно туда вернулось, – твердо проговорил Антон. – Конечно, если это было одно и то же ожерелье.
– Но ты же сам говорил, что копия исключена, – заметила Рыженко, успокаиваясь. – И имитация тоже.
– Говорил, – вздохнул Антон. – Но с этим в любом случае надо разбираться, особенно в свете истории с Виктором Волько.
– Вот и разбирайся, только мне не мешай и мои планы не нарушай. Я Волько сама допрошу в понедельник, вы с Дзюбой к нему пока не суйтесь. Уяснил?
– Уяснил. А можно я сам еще раз проверю контакты Курмышова и Панкрашиной?
Рыженко глянула недовольно, головой покачала.
– Надир нормальный опер, не хуже тебя. Он все сделал как надо и даже больше. Откуда у тебя столько самомнения?
Нет, определенно Надежда Игоревна была сегодня не в духе.
– У меня не самомнение, – мягко пояснил Сташис. – У меня твердое убеждение, что шаблонные слова о замыленном глазе не с бухты-барахты появились. Кстати, в редакции любой газеты и любого журнала всегда был сотрудник с функцией «свежего глаза». Именно поэтому.
Рыженко еще немного подумала, потом со вздохом открыла сейф, полистала заметно распухшую за последние пару дней папку с материалами дела и протянула Антону скрепленные листы.
– Копию сделай, ксерокс включен.
Сташис быстро скопировал страницы и вернул оригиналы следователю. Надо срочно искать Ромку.
Телефон Дзюбы упорно находился «вне зоны», и Антон не понимал, куда подевался его временный напарник. Наконец, около восьми часов вечера Роман ответил на звонок.
– Но ты же сам сказал, что сегодня я тебе не нужен, – растерянно и даже как будто обиженно протянул он в ответ на нападки Антона.
– Нужен – не нужен, а на связи быть должен! – отрезал Сташис. – Надо встретиться, дело есть.
Антон подъехал к условленному месту, припарковался, оперся затылком о подголовник и опустил стекло. Не то дождь со снегом, не то снег с дождем. 1 декабря, первый день зимы, а на деле – не пойми что. Скоро каникулы у детей, надо что-то думать, куда-то их отправлять покататься на лыжах, что ли, или просто воздухом подышать… В прошлом году Эля забрала ребят на зимние каникулы к себе в загородный дом, водила их на каток и в лес на лыжах, возила куда-то кататься на запряженных лошадками санях, и тогда же впервые отвела Василису в конный манеж, чтобы та могла вдоволь пообщаться со своими любимыми животными. Васька, конечно, загорелась идеей заниматься верховой ездой, но это удовольствие Антону не по карману: конный спорт очень дорог. Хорошо бы бракоразводный процесс у Александра Андреевича Трущёва подзатянулся… Но даже и в этом году, пока Эля еще не замужем, она может не взять ребят к себе: в соседнем доме живет ее любовник, и ей гораздо интереснее проводить время, в том числе ночное, с ним, а не с чужими детьми. Что же делать? Как выходить из положения?
Дзюба ввалился в машину, и Антон сразу обратил внимание, что куртка у Романа почти совсем не вымокла. А ведь должна была бы, по такой-то погоде. Видно, он находился где-то совсем неподалеку, совсем рядом, буквально в двух шагах… Точно! Вон в том доме сидят ребята из управления «К» – подразделения по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий. Значит, Ромка был у них. Зачем? Опять из-за Колосенцева? Теперь понятно, почему у него телефон не работал. Там, небось, в некоторых помещениях столько электронной аппаратуры напихано, что обычный спутниковый сигнал теряется в бесчисленных полях, фонах и шумах. А в других кабинетах все нормально, сигнал проходит, и Ромкин телефон заработал.
Но спрашивать Антон ничего не стал. Вместо этого поведал историю, услышанную от Карины Горбатовской.
