‒ Так-так-так. Значит, вот какие крысы нынче пошли. Забавно… ‒ вдруг хохотнул незнакомец, во тьме трущоб и полусумраке глаза мужчины сверкнули тёмно-алым холодом и тот внимательно оглядел троицу с ног до головы, а после медленно и вальяжно зашагал навстречу. ‒ Это действительно забавно. Да в вашей команде света больше, чем во всём Царицынском княжестве. Впечатляет, господа и, ‒ сместив глаза чуть левее, тот обратил взгляд на женщину, ‒ дамы.
‒ Уходите! Быстро! ‒ рявкнул грозно Архип на своих спутников. ‒ Это Лазарев!..
‒ Всё так, Палач Империи, он же Лазарев Захар Александрович к вашим услугам, ‒ удовлетворенно засмеялся парень с нотками лёгкого безумия в голосе, продолжая своё шествие и сделав очередной шаг вперед, его отчужденное лицо оказалось освещено слабыми лучами луны. ‒ Вы затеяли знатный бедлам со своей сраной техникой на основе света. Честно сказать, я сначала и не понял ничего. Даже спутал это с магией разума, а вас с менталистами, но оказалось нет, тут нечто иное, нечто интереснее… Хотя мне по большому счету плевать, ‒ вдруг отмахнулся спокойно князь. ‒ Вы посмели покуситься на моё и моих знакомых! Смотрю, в последнее время у святош кишка совсем не тонка.
‒ Захлопни свою пасть, исчадие дьявола! Ты прибыл как нельзя вовремя! ‒ а затем женщина, с яростью обратилась к своим товарищам. ‒ Убьём его и избавим патриарха от проблем!
‒ Какая свирепая мегера! Ну да ладно, так будет еще забавнее! ‒ надменно расхохотался Лазарев, обнажив зубы, а взгляд его вновь сверкнул свирепым тёмно-алым цветом, а по рукам и одежде заплясали искры молнии и силы духа. ‒ Вы меня знаете, а вот я вас нет, нехорошо как-то. Но дайте угадаю, вы ведь… ‒ и улыбка князя стала напоминать настоящий звериный оскал. ‒ Знаменитые церковные светозарные, которых святоши целуют в зад днями напролёт, не так ли?
‒ Да как ты… Как ты смеешь нас оскорблять, мерзкое и тёмное чудовище! Да еще… и своим… прогнившим… ртом! ‒ разъяренно чеканя каждое слово зашипела девица, медленно сбрасывая с плеч тёплый зимний плащ, под которым тотчас показались светлые кожаные церковные доспехи, а затем медленно шагнула в сторону ухмыляющегося князя. ‒ Твой… поганый язык… надобно отрезать! Я… прикончу… тебя! ‒ яростно выплюнула та.
Скрывала загадочную броню девушки не только её верхняя одежда, но и мощные иллюзорные артефакты. Тем не менее, те медленно и под напором выплёскивающейся силы света начали давать слабину.
Вот только сам Лазарев не сдвинулся с места и с довольным видом наблюдал за преображением озлобленной церковницы.
‒ Неплохо, ‒ гоготнул весело мужчина, наигранно хлопая в ладони, а после склонив голову набок, внимательно начал всматриваться в ауру. ‒ Целый архимагистр второй степени, и судя по возрасту… Сколько тебе, мегера, кстати? Лет тридцать-тридцать пять, не правда ли? ‒ но почти мгновенно тот переместил взор на двух мужчин, не дожидаясь её ответа. ‒ Точнее целых два архимагистра и один грандмагистр. Весьма и весьма солидно. Я честно впечатлен. Патриарх не поскупился.
‒ Уля! Рано!..
‒ Игуменья Ульяна! Остановись! Это опасно…
Удивлённый возглас молодого церковника и грозный рык Архипа слились воедино. Потому как даже их изумило столь импульсивное поведение подруги. Оба подобно девице успели сбросить с себя всю маскировку в мгновение ока. Антон стремглав рванул следом за соратницей, а пожилой архиерей отстал от него лишь на шаг. Однако потрясенные и шокированные увиденным святоши что-либо предпринять попросту не успели. Даже умудрённый жизнью грандмагистр третьей степени света не уследил за всем произошедшим перед глазами, ведь он был просто-напросто не в силах что-то противопоставить такой невиданной скорости. Всё случилось за долю вдоха, а тихие и резкие стоны игумена и игуменьи были похожи на предсмертные хрипы замученных зверей. Именно они мгновенно заставили застыть старика.
Тело Ульяны за секунды до всего случившегося начало раскаляться добела, а в руках у девушки с неуловимой взгляду скоростью сформировался едкий одноручный стихийный клинок, рывок молодой церковницы походил на стремительный и всеуничтожающий поток свирепого света, однако на всё увиденное князь Лазарев лишь резко и громко рассмеялся и смех парня в ушах архиерея звучал еще очень долго.