– Думаю, знала, – согласилась Дана. – Но не все. Вряд ли Михайлов посвятил ее во все подробности. Но если бы она считала Голованова живым, не согласилась бы продать оригиналы документов. А что касается ее молчания… Она боялась Михайлова, понимала, что он сделает с ней, если она откроет рот. К тому же деньги. Полагаю, Михайлов заплатил за эти документы хорошо. Не поскупился.
За столом установилась тишина, которую прервал полковник Лейн.
– Если вопросов больше нет, все свободны, – мрачно буркнул он и сжал руки в кулаки. – Завершайте дело, готовьте к передаче в прокуратуру. Извлеките пулю. Определите охранника, который сопровождал лжеинвалида. Задержите Либера и Берга. Допросите Марину Цукерман. И поймайте мне, наконец, Олега Михайлова.
Офицеры молча поднялись из-за стола и, не глядя друг на друга, пошли к двери. Встала и Дана.
– А вы, госпожа Шварц, задержитесь на несколько минут.
– Слушаюсь, господин полковник. – Дана развернулась, иронично улыбнулась и нарочито молодцевато щелкнула каблуками. – Какие еще будут указания?
– Престань паясничать и садись, – строго сказал полковник и кивнул на стул.
Дана села, сложила руки перед грудью и уставилась на Габриэля.
– Что с днем рождения Алины?
Взгляд Даны стал напряженным.
– А что с днем рождения Алины? Будем праздновать.
– Это я понимаю. Вопрос, где и как? Алина сказала, что ты хочешь отдельно. А она – против. – Габриэль помолчал и добавил: – И я против. Давай все-таки соберемся у меня. Вернее, у деда в Моца-Иллит. Он обещает зажарить целого барашка на вертеле.
Дана смотрела на Габриэля и молчала. Габриэль хмурился все больше и больше, его глаза темнели, и нижняя губа обиженно выпячивалась вперед. Наконец Дана решила прекратить его муки.
– Целого барашка? – наигранно улыбнулась она.
– Для тех, кто не любит мясо, будет рыба, – пообещал Габриэль.
– Тогда я согласна, – тем же тоном сказала Дана. – Против барашка мне не устоять. Будем праздновать вместе. В Моца-Иллит, так в Моца-Иллит. Умеете же вы, господин полковник, женщину уговорить.
Габриэль облегченно вздохнул.
– Я могу быть свободна, господин полковник? – Дана встала.
– Можешь, – кивнул Габриэль. – Только без меня ты все равно далеко не уедешь. Машины-то у тебя нет.
– Действительно, нет, – расстроилась Дана. – А я и забыла.
– Сейчас я тебя отвезу. Только позвоню начальству.
– Позвони, позвони, – согласилась Дана и достала из кармана свой мобильный телефон. – И я позвоню. Сабине Пастер. Сообщу, что с Пинхаса сняты все обвинения. Вы же будете с этим неделю тянуть. А люди на нервах.
Габриэль потянулся к телефонному аппарату, но снять трубку не успел. Переговорное устройство на его столе замигало лампочками. Габриэль нажал кнопку.
– Слушаю, Веред.
– Господин полковник, на границе с Иорданией задержан Олег Михайлов. И четверо его охранников. Они хотели перейти границу по мосту Алленби[66]. Пытались откупиться от пограничников. Их уже везут в Иерусалим.
– Отлично! Спасибо!
Габриэль отключил переговорное устройство и победно взглянул на Дану. Вот, дескать, как мы работаем. Дана улыбнулась весьма ироничной улыбкой.
– Я жду тебя в приемной. Мне еще надо поблагодарить за все Веред.
Она послала Габриэлю воздушный поцелуй и вышла из кабинета.
