Витя и Гена невольно плечами передёрнули. Те дуэли, что я когда-то провёл, стали большим событием и надолго всем запомнились. Первого недоумка я превратил в кусок мяса с торчащими из него сломанными костями, второго кастрировал прилюдно. Эта жестокость многих отпугнула от меня, а главное недоброжелателей стало в разы меньше. В итоге, когда был установлен мир с Романовыми, я смог пожить несколько месяцев в спокойствии.
Теперь видимо придётся всем напомнить, что быть моим врагом очень опасно для жизни. И дело даже не в том, что высшие силы оберегают меня и наказывают тех, кто покусился на мою жизнь. Все должны знать, что я сам по себе серьёзна угроза.
Эх, а ведь в прошлой жизни не был таким жестоким. А тут считай за год уже привык убивать людей, в том числе особо жестокими методами. Всё же тут явно видно влияние остатков разума Николая, который жил в местных реалиях всю свою жизнь. Сам по себе я бы явно не выдержал всё это чисто психологически. Я же не какой-то элитный спецназовец, которому море по колено и он за свою жизнь перебил не одну сотню неприятелей.
— Витя, а ты помнишь мой вопрос насчёт того, чтобы через твоих родственников в армии помочь моим людям достать снаряжение и оружие? — Спросил я Разумовского.
— Да, там есть серьёзные подвижки. Но сначала всё нужно списать, потом заплатить всем. Тебе это вылетит в копеечку.
— Ничего, я не бедный. Посмотрим, как дальше поведут себя мои недруги. Если затихорятся, то будет время снарядить и вооружить моих людей. А если нет, то будем справляться своими силами. Не в первой уже…
Подвезти меня до дома вызвался сам Павел, при этом он взял с собой одного из охранников. Один из них крутил баранку, второй сидел по соседству и наблюдал за обстановкой. Я же расположился на заднем сиденье люксового автомобиля.
— Вы успели что-нибудь выяснить, прежде чем Гвардия всё взяла в свои руки? — Спросил у Павла.
— Ничего толкового, — ответил тот. — Однако несколько наших людей были во дворе и когда мы выяснили, что вы в порядке, я отдал им команду прочесать всю округу. Ни одной подозрительной личности они не видели. А вот несколько машин, которые в спешке покинули как наш двор, так и соседние, были. Понятно, что люди испугались и постарались оказаться подальше от места взрыва. Однако есть мысль, что стрелка ждала машина с пособником и сразу после попытки вашего убийства они свалили. Но это лишь предположение.
— Предположений мало, нам нужна конкретика и убийственные улики, чтобы было к кому идти с вежливым визитом.
— Виноваты, княже. Исправимся!
— Если уж Гвардия ничего не смогла накопать, то с вас какой спрос? Лучше попробуй отправить весточку полковнику Жрулёву, чтобы он связался со мной напрямую. Попробую через него выйти на след убийц — термобарический заряд для РПГ штука редкая, такие вещи должны быть под учётом. Пускай ищет откуда спёрли или кому продали один такой. Он у меня в долгу за то, что в течении нескольких месяцев так и не помог мне с бывшими офицерами, которых я мог бы взять под крыло. Если он и сейчас ничего не сделает или вовсе откажется, то скажу ему прямо, что отныне моё сотрудничество с армией прекращено и прерву с ним любое общение.
Я вообще удивлён, что Жрулёв не выполнил своё обещание. Кое-какое оружие и снаряжение предоставил, а про людей словно забыл. А после четвёртого напоминания ему мне это всё надоело. Мне значит в уши лили, что в будущем я стану большим подспорьем для армии и надо бы мне сотрудничать с армейцами. Да только пока выходит, что тот же полковник мою просьбу игнорит и демонстрирует, что армия пока не заинтересована в сотрудничестве со мной. Ничего, в эту игру можно играть и вдвоём.
— Сделаю, — кивнул Паша. — Правда не уверен, что получится — как-то наши контакты с армией помалкивают. Даже когда просим Разумовских посодействовать налаживанию контактов, то ничего не выходит. Сами же должны помнить, как нас пару месяцев назад отшили с просьбой подкинуть средства связи с защитой от прослушки.
— Хоть бери и иди на встречу с императором, чтобы он этим армейцам пистона вставил, — вздохнул я. — Ну почему в армии всегда всё через одно место? Сначала они саму зовут на боевую операцию. Пытаются проверить мои способности и даже много чего дают за то, что я почти ничего не сделал. Теперь же нос воротят. Ей богу, даже женщины ведут себя более последовательно.
