Сержант Терещенко на бегу расстегнул карабин на груди и сбросил рюкзак в траву. Он несся сломя голову, петляя среди деревьев и взывая к высшим силам. Впервые за много-много лет он мысленно молил божественную сущность о спасении. Просил сохранить ему жизнь и отвести пулю, на которой было написано его имя. Просил позволить ему убежать и прожить еще один день. Добраться до ближайшего лагеря черных, выпить, утолить голод – и навсегда забыть об этом гиблом месте. Забыть о человеке, которого они должны были встретить. Забыть о сумме, которую им обещали. Забыть обо всем – и стать обычным бойцом «Рубежа».
Но все было тщетно. Бог не пришел сержанту на помощь. Висок Терещенко разлетелся кровавыми брызгами, и он рухнул, как срубленный дуб, навсегда покинув этот мир.
С момента смерти Ишаченко прошло всего-то не больше пятнадцати секунд, а от обоих отрядов уже практически никого не осталось. Стрельба стихла так же стремительно, как и началась.
Разлепив покрасневшие глаза, Палывода медленно приподнял голову. Никого. Ни одной живой души. Вокруг него не было ничего, кроме изувеченного пулями леса и обезображенных тел товарищей. А это могло значить только одно…
«Скоро здесь будет группа зачистки», – внезапное осознание ударило в голову черного, принуждая к действию. Нужно бежать. Хватать ноги в руки, как говорил Тетерев, и убираться как можно дальше. Люди, которые придут за ним, – профессионалы. Не сталкеры и не анархисты, которые, пожалев лишнюю пулю, пройдут мимо притворившегося мертвым старика. Нет. Группа зачистки не успокоится, пока на все сто не удостоверится, что возле охраняемого ими объекта не осталось никого. Ни одного человека и ни одного мутанта. Они не пожалеют никого и ничего.
«Вставай, мешок с дерьмом! – сказал сам себе Палывода. – Вставай, хватай „калаш“ – и давай деру отсюда!» И все бы хорошо, но верного АК-101 рядом не оказалось. Видимо, рубежник потерял его, когда убегал. Искать автомат времени не было. Но с другой стороны, ему ведь нужно было оружие! Как ни крути, он собирался в Зону!
Благо под руку подвернулся лежавший рядом мертвец с АК-74. Сняв оружие, Палывода вскочил на ноги – и побежал. Побежал что было сил, не разбирая дороги и надеясь, что пулеметный огонь не ударит ему в спину. Надеясь, что группа зачистки не рискнет преследовать его там, среди вездесущих аномалий и кровожадных мутантов…
– Потом встретил его, – старик кивком головы указал на своего коренастого напарника. – Он из нашей восьмерки, сержант. Не дезертир. Мы вдвоем… Больше никого не осталось.
– И какого хрена вы вообще туда полезли?.. – не веря собственным ушам, пробормотал Дзержинский. Но собеседник его уже не слушал.
– Потом встретили сталкера, – сбивчиво продолжил пожилой рубежник. Его дыхание участилось, зрачки расширились, а сердце застучало с удвоенной силой. Он как будто заново переживал рассказанные им события. Как будто вокруг него снова кричали и умирали люди, а смертоносный ураган свинца неустанно рыскал среди деревьев в поисках новых жертв. – Он сказал, что знает, куда идти. Там, – Палывода дрожащей рукой указал вправо, – метров триста – и Кладбище. Помойка.
– Значит, не пространственная аномалия. – Глаза однорукого сержанта радостно засияли. – Мужики! Подъем! Скоро этот чертов лес закончится! Пошли, отец, – обратился он к старику. – Нам всем не помешало бы отдохнуть…
– Да, – угрюмо ответил тот. – Не помешало бы…
Он хотел было сказать что-то еще, но вдруг замер с открытым ртом.
– Нет, – после секундного замешательства сказал пожилой рядовой, покачав головой. – Ничего. Пошли, товарищ сержант.
Всей правды, решил он, Дзержинскому знать не обязательно.
– Ствол на землю! – прорычал Палывода, держа своего коренастого спутника на мушке.
– Паля, ты че, охренел?! – возмутился тот. – Че за беспредел?!
– Ствол на землю, я сказал! Или я тебя прям сейчас урою, мудачье!
Протяжно выдохнув, товарищ старика – рядовой Ершов – медленно снял с шеи тактический ремень и бросил свой «калаш» с подствольным гранатометом на землю. Эх, не уследил все-таки за напарником! Отвлекся – и не заметил, как его взяли на прицел. Сперва пережив пулеметный обстрел, а потом, спустя битый час скитаний по окраинам Зоны, встретив еще одного выжившего из своей группы, черный позволил себе расслабиться. Позволил волнам радости захлестнуть его разум и ослабить концентрацию внимания. За это он и поплатился.
– А теперь рассказывай, Ерш, – потребовал Палывода. – Че это вообще за хрень была, а?! Кого мы там ждали?! И кто вы, мать твою, такие?! Давай по порядку и внятно! И тока попробуй мне дернуться, свистюк, – словишь пулю прямо в кишки. Понял, говнюк?
