– Ты моя жена?! – продолжил он, подступая.
– Да!!! А вы негодяй!!!
Он зажал меня в угол и, схватив в свои лапы, пытался обнять. Я упиралась руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. Дон Висконти снова схватил меня больно за волосы и прижал к себе. От него пахло потом и луком, я отвернулась, брезгливо морщась.
– Как хочешь, – пробормотал он, целуя меня в шею, – донна Анна так донна Анна. Хочешь быть моей женой, тогда будь покорной, как она. Если ты моя жена, то почему отвергаешь меня?
– Вы сами прекрасно понимаете, почему! После того, что вы мне рассказали здесь, после того, как предлагали постыдную роль содержанки, я не могу и не хочу быть рядом с вами! Я потребую развода!
– Ты не посмеешь! – он засмеялся. Я выскочила из угла, куда он меня зажал, и бросилась к выходу, но он одним прыжком преградил мне дверь.
– Куда-то направляемся, донна?
Я испугалась. Отступив к столику, схватила огромный бронзовый подсвечник и заняла в оборонительную позицию.
– И вы что же, убьете меня, донна? – шагая ко мне с раскрытыми руками, спросил Висконти. – Неужели у вас поднимется рука на безоружного человека?
– Если вы нападете, клянусь, я вас убью, – сказала я.
Он приблизился вплотную, а я стояла с этим подсвечником, словно приклеенная к полу, не имея сил отступить назад. Все так же широко раскрыв руки, он наклонился, подставив голову под удар.
– Бейте, – приказал он.
Я вопросительно уставилась на него.
Он повторил:
– Бейте!
Я не могла пошевелиться, чувствуя себя полной дурой с этим подсвечником в руках. Он, воспользовавшись моей растерянностью, выхватил подсвечник и отбросил в сторону. Бронзовый канделябр с оглушающим грохотом упал на пол.
– Есть только один способ проверить, моя ты жена или нет… – пробормотал он мне на ухо, обхватывая за плечи руками. Я сопротивлялась, но тщетно: он подхватил меня и с размаху бросил на диван. От сильного удара головой о подлокотник в глазах на мгновение потемнело. Я закричала, ощутив тяжесть его тела на себе, начала отбиваться, зрение вернулось, и я увидела, как он ослабляет свой ремень.
– Нет! Пожалуйста! – слезы щипали щеки, голос охрип, сил хватало лишь на то, чтобы бесполезно трепыхаться под ним.
Навалившись на меня, он попытался зажать мне рот рукой, чтобы приглушить отчаянные вопли, но я укусила его за палец, и он на мгновение отпрянул, тут же снова бросаясь в атаку. Но той секунды мне хватило, и я, оттолкнув его ногами, ускользнула.
«Дрянь!» – тряся раненой рукой, заорал он.
Затягивая ослабленную шнуровку на груди, не веря своей удаче, я бросилась с криками о помощи к входной двери, но даже не успела выбежать из комнаты, как Висконти снова сбил меня с ног.
– Моя маленькая! – скорее кусая, чем целуя, мне шею и грудь, бормотал он. Потом схватил за волосы и приблизил мое лицо к своему.
– Ты не моя жена, – тихо сказал он, целуя меня. – Она всегда любила, когда я был жесток с ней. Она получала от этого удовольствие, – прошептал он мне на ухо, и я содрогнулась. Его рука поднимала юбки, он тащил меня к дивану. – Не брыкайся так, милая!
– Пусти, пусти меня! – кричала я, лягая его, что есть силы ногами, прекрасно понимая, что меня уже ничто не спасет. И в момент, когда я уже совсем отчаялась, раздался громкий голос:
– Отпустите ее!
Николо повернулся вместе со мной, и я, болтаясь у него в руках, пытаясь отцепить его руки от талии, увидела стоящего в дверях герцога Бургундского. Я, наверно, имела тогда жалкий вид: растрепанная, с почти раскрытой грудью, измятым платьем, испуганная и заплаканная.
– Не вмешивайтесь, сударь! – зарычал Николо. – Это моя жена! У меня на нее есть все права!
Герцог бросил на меня взгляд, значение которого я не поняла, и испугалась, подумав, что он послушается Николо.
– Гийом, умоляю вас! – хрипло крикнула я. Одного моего возгласа было достаточно, чтобы герцог решительно вошел в комнату.
– Отпустите ее, – ледяным тоном повторил он.
Висконти отбросил меня на диван и взялся за меч. Герцог спокойно обнажил свой. Рывком затянув на груди шнурки, я бросилась между ними.
– Нет! Вы с ума сошли! Прекратите! Гийом, – я с ужасом представила, как они будут крошить друг друга и мебель в этом доме. – Гийом, ради меня, умоляю, уберите меч!
– Ну же, герцог! Что же вы колеблетесь! – Висконти, казалось, радовала перспектива драки.
Я, умоляюще глядя в лицо герцога, коснулась его плеча и, скользнув по руке, дотронулась до кисти, сжимающей меч. У меня в голове в тот момент была такая мешанина, что мысли, словно фары далеких машин, мелькали и исчезали в темноте. Вся эта ситуация казалась и страшной, и смешной, и невероятной одновременно, и я не знала, читаю ли роман или действительно стою между двумя вооруженными мужчинами, сдерживая порыв герцога заступиться за мою честь.
– Уберите меч, – произнесла я, встретившись с ним взглядом. Меня била сильная дрожь. Долго я не продержусь.
– Донна Анна!!! – раздались крики и топот, в комнату вбежали конюх, Вадик и Катя, они своим появлением прервали дуэль, и герцог, подчиняясь моей просьбе, убрал меч в ножны.
