– Надо будет добавить к мотивациям необходимость расширения жизненного пространства.
– Она и так включена в потребности выживания. Отодвиньте ногу, тогда посмотрим.
– Все вы с вашими выдумками!..
– Это была не моя, а ваша идея.
– Бессовестный!
– Раз имя нашему недругу Никто, то надо его бить на его же территории. Он предлагает поиграть в гомеровский сюжет. Вот мы и играем.
– Никогда не думала, что вам взбредет в голову использовать хитрость Одиссея с троянским конем.
Снова сопение.
– Осталось всего десять минут.
– Прямо вагон метро в час пик. Совершенно нечем дышать. Да еще зубная боль…
– Девять минут. Сожалею об отсутствии дантиста в пределах досягаемости.
– Хочу наружу! Так я заболею клаустрофобией.
Лукреция преувеличенно пыхтит.
– Знаете рассказ Эдгара Алана По «Шахматный аппарат доктора Мельцеля»? Это про управляемый механизм, обыгрывавший всех чемпионов Европы по шахматам. Писателя вдохновила реальная история. В конце концов выяснилось, что вместо часового механизма, якобы владеющего шахматной игрой, внутри прятался карлик, видевший доску благодаря системе зеркал и управлявший при помощи реек искусственными руками. Бедняга на протяжении всех матчей сидел в ящике еще меньше этого. Отдадим же ему должное.
При попытках жестикулировать Исидор и Лукреция чуть не упираются друг в друга носами. Их лица разделяют считаные сантиметры.
– Надеюсь, Исидор, вы не воспользуетесь ситуацией и не станете об меня тереться.
Он смотрит на часы и объявляет:
– Пора!
Мужчина отвинчивает изнутри винты, держащие стенки короба. Задняя решетка падает.
Журналисты расправляют конечности и с наслаждением потягиваются. Они одни посреди пустого больничного двора.
– Куда теперь? – спрашивает Лукреция.
– У Финчера должна была быть секретная лаборатория где-то в новых корпусах, за пределами крепости.
Лукреция предлагает воспользоваться обозначенным на карте подземным ходом, а за крепостной стеной пройти через «Батарею мстителя».
Вокруг мечутся светлячки, ветер шумит ветвями сосен, подает голос совка, растения приманивают ароматами насекомых-опылителей. Особенно усердствуют мирта, сарсапарилла и жимолость. Путники минуют рощу каменных дубов и эвкалиптов.
Здешняя природа осталась нетронутой. Журналисты идут молча. Неподалеку ползет ящеричная змея, но они, на свое счастье, не слышат ее шороха.
Правда, Лукрецию пугает взлетевшая галка.
«ИЗБЕЖАТЬ БОЛИ И ПОЛУЧИТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ – ВОТ ДВА СТИМУЛА ЛЮБОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ», – отмечает Жан-Луи Мартен.
«Ученые занялись опытами. Они установили систему аквариумов, где рыбы получали слабый удар током, когда достигали поверхности воды. Все рыбы стали всплывать и оставаться в верхнем слое воды при включении тока. Даже новорожденные крокодилы рвались в своих клетках к электрическим контактам. Морские свинки и шимпанзе способны включать электролампочки и часами на них смотреть. Простое стимулирование органов чувств – уже восторг. Обучение ускоряется, если своими действиями они включают окрашенный свет.
Всякое действие, всякое ощущение – уже источник удовольствия. Поэтому крыса, исследовав сначала простой лабиринт, а потом более длинный и сложный, при возможности выбора направления, притом что вознаграждения нигде не предполагается, выбирает второй: вознаграждением служит сама прогулка. Чем она дольше, тем сильнее чувство преодоления и соответственно удовольствие».
Они идут на свет вдалеке, как на маяк, и выходят к розовому зданию.
– Здесь могла бы находиться лаборатория Финчера.
Их влечет дверь, окаймленная мигающими лампочками. Они входят.
Внутри, невзирая на поздний час, царит суета, как на киностудии. На сцене, среди декораций в античном духе, толкутся вокруг высокой блондинки, изображающей Клеопатру, девушки в коротких римских туниках.
Ни дать ни взять сцена оргии в фильме на античную тему! Наблюдаются взаимные ласки, поцелуи, поглаживание грудей виноградными гроздьями, купание в бассейне с молоком.
– Опять эпикурейство? – предполагает, заинтересовавшись зрелищем, Исидор.
Лукреция кривится:
– Какое-то сборище нимфоманок. Вид косвенного безумия в индустриальном преломлении.
Лукреция указывает на этажерку с фильмами одной категории – Crazy Sex.
– Параноики изготовляют системы безопасности Crazy Security, нимфоманки снимают фильмы про сумасшедший секс. Свои ремесленники для каждого вида безумия.
Девушки вконец распоясываются. Блондинки, брюнетки, рыжие, африканки, азиатки, латиноамериканки, худышки, толстушки – общим числом в добрую сотню.
Лукреция и Исидор, разинув от изумления рты, глазеют на эту вакханалию, запечатлеваемую на пленку одной из девушек, одновременно принимающей ласки от ассистентки.
– Помните слова Финчера: «Любой изъян может превращаться в достоинство»? Как видно, эти девушки сумели превратить нимфоманию в кинематографическое искусство, – иронизирует Лукреция.
Ее спутник не спешит с ответом.
– Эй, Исидор, не поддавайтесь пению сирен!
Жан-Луи Мартен объяснил врачу, что непосредственное удовольствие от прикосновения, ласк и телесного слияния усложняется из-за социальных запретов и требует изучения по иным векторам.
