Выдернув себя из тревожных размышлений, я продолжил нагружать аналитический отдел поиском способа самостоятельно выбраться. И пока что предложенные Греем варианты отбрасывались, ввиду своей несостоятельности. По мере перебора, к сердцу всё сильнее подкатывали отчаяние и злость.
Неужели у меня совсем ни одного козыря не осталось⁈
Хотя нет… Минуточку! У меня же ещё очки свободного опыта после рейда с Медвяном и волчицами не потрачены!
Сколько же у меня там сейчас? Вроде как до рейда оставалось четыре очка за Майкла. Потом мне удалось уничтожить шестнадцать одержимых, а это значит ещё сверху тридцать шесть очков. И ещё четыре очка за принятие Лилии в ученицы. Итого сорок.
И что же теперь, вложить всё в Силу? Не думаю, что оковы мне позволят столь легко вырваться, даже будь у меня более высокие физические показатели. Из того, что вижу, сделаны эти полу-костюмы-полу-боксы из добротной цельной стали, а значит в силу вкладывать не вариант. Эфирные тоже мимо, негатор всё вытянет. От ментальных сейчас ни тепло ни холодно. Поэтому остаётся одно.
— Что-то подустал. Пойду вздремну. — сказал громко, чтобы Яков услышал и намерением вложил очки в астральное тело.
Вложил разом все, ни сколько не жадничая и результат не заставил себя долго ждать.
И если в прошлый раз, после закидывания десяти очков, я почти ничего не почувствовал, то сейчас эффект оказался гораздо заметнее. Моя визуальная картинка поплыла, меня наполнила удивительная лёгкость и я буквально выпал из подвешенного состояния, плавно падая на пол.
Но не физическим телом, нет. Скорее всего, я это сделал как раз таки астральным.
Подняв руки, увидел полупрозрачные ладони, а когда оглянулся, окончательно убедился в своей догадке. Потому что я смотрел на самого себя, спящего в самом настоящем массивном стальном гробу. Воспоминание о таких ящиках пришло как раз из памяти Грея, во времена которого людей в них хоронили, закапывая в землю, а не отправляли в последний путь дронами-утилизаторами.
Я созерцал как тело моё свесило испачканную землёй и пеплом голову и пускало слюну. В целом ассоциации о мертвецах в гробу приходили не очень приятные, но самое главное, у меня получилось выбраться из пут. Пусть и не всем собой.
Неуверенно поднявшись, я постарался собраться с чувствами и получалось не очень. Яков окликал меня по имени, но звук его голоса доносился будто через слой ваты. Зрение тоже вытворяло чудеса, гуляя между привычной картинкой и ассоциативной, в которой я начинал видеть гроб Якова в виде множества цепей с массивными замками, а стены в виде многочисленных мелких решёток, заходящих одна на другую. Временами предметы и вовсе становились прозрачными, как мои руки и я мог видеть сквозь стены и потолок, как если бы их не было вовсе.
А Яков нахмурился и головой в мою сторону повёл, словно что-то чуял… либо действительно слышал!
Решив попробовать, я подошёл к нему вплотную и попытался потрогать. Рука моя прошла насквозь и Яков поморщился ещё сильнее. Значит он всё таки что-то чувствует и можно провернуть один трюк, надеясь, что он получится.
Подпрыгнув повыше от пола, я намерением пожелал оказаться чуть выше, завис в воздухе и погрузил голову своего астрального тела в голову Якова.
