– Успокойся, Лора.
– Но я не понимаю. Я действительно не понимаю. Всего один день. Что может быть важнее, чем общение с собственным ребенком?
Маркус готов был остаться и предложить план вечерних развлечений для маленького Уолтера, но решил, что не стоит форсировать события. Он попытался отвлечь Лору какими-то банальностями, снова заговорил о Теде, но она его не слышала.
– Иногда мне кажется, что он нарочно. Знает, что, демонстрируя равнодушие к Уолтеру, выводит меня из себя. Очень хорошо знает. Похоже, даже испытывает наслаждение… Сукин сын.
Уолтер был умный и чуткий мальчик, немного замкнутый. По выходным Лора готовила ему ванну с пышной пеной, приносила какую-нибудь из его любимых игрушек и садилась рядом поговорить. Пластмассовые уточки уже довольно давно сменились боевыми морскими и космическими кораблями, трансформерами, а пару месяцев назад Уолтер серьезно заявил, что будет принимать при ней ванну в плавках. Лора не возражала.
Пока она намыливала сыну голову шампунем, стараясь, чтобы пена не попала в глаза, Уолтер с восторгом рассказывал о том, чем занимался сегодня с папой. В его глазах все поступки Скотта представлялись деяниями всемогущего божества. Жалко, говорил мальчик, что у папы неожиданно возникают срочные дела и ему приходится идти работать. Лора сжала губы. Восхищение, с которым Уолтер говорил об отце, и трогало ее, и огорчало. Для ребенка не имело значения, сколько раз он его подводил, забыв прийти на школьный праздник, сколько нарушил обещаний. Уолтер все ему прощал. Лора часто ругалась из-за этого со Скоттом, но тот в ответ неизменно козырял снисходительностью сына: «Слушай, я поговорил с Уолтом, и он все прекрасно понял». Если девятилетний мальчик боготворит отца и принимает все его дурацкие отговорки, настаивала Лора, это еще не значит, что можно позволять себе подобную безответственность. Скотт разводил руками и бормотал: «Отстань от меня со своей чертовой психологией… Парень умный, он не обижается». Лора после таких разговоров каждый раз вздыхала про себя:
– Мам, вода уже остыла.
– Значит, пора вылезать.
Уолтер вынул из ванны пробку, и они вдвоем стали наблюдать, как оседает пена. Лора включила душ, чтобы мальчик мог ополоснуться, вытерла ему голову и замотала его в полотенце.
– Я тобой горжусь, – сказала она.
– А что я такого сделал?
– Вообще горжусь.
Час спустя Уолтер спал. Лора решила последовать совету Маркуса и выбросить из головы Теда. Ее так и тянуло пересмотреть видео, на котором пациент рассказывал, как ночью залез в дом Блейна, но она приказала себе притормозить. Налила бокал вина и взяла с небольшой полки, где у нее умещалась вся художественная литература, роман Робина Кука. Кто-то подарил ей эту книгу на день рождения. Открыв первую страницу, она узнала аккуратный почерк Маркуса:
Она начала читать, но после первого абзаца остановилась.
– Я не динамистка, – сказала она бокалу с вином.
– Нет.
Ей удалось увлечься чтением, но тут зазвонил мобильник. Лора машинально посмотрела на часы, хотя и так знала, что уже одиннадцатый час. Она бросилась на кухню и схватила со стола телефон. Звонили из больницы. Дежурный санитар из блока С усталым голосом доложил, что с ней хочет поговорить один из ее пациентов, а в его карточке указано, что…
– Да, да, передайте ему трубку.
– Лора, – пробормотал Тед, – их ведь нет в живых, да? Холли, Синди, Надин… Их больше нет?
– Тед, что с тобой?
– Я понял. Я лежал у себя в палате, и вдруг меня как током ударило. Я вдруг понял. Они… Они все умерли.
– Твоя жена и дочери живы, – заверила Лора. – Ты слышишь, Тед? Разве я обманывала тебя в таких вещах?
– Не знаю.
– В таких вещах я тебя никогда не обманывала.
– Но тогда…
– С ними все в порядке.
Молчание.
– Тед?
– Мне надо их увидеть.
– Давай поговорим об этом завтра, хорошо?
– Мне надо их увидеть.
– Тед, я обещаю тебе: завтра с утра я поговорю с Холли. Скажу ей, что тебе лучше и что ты хочешь с ними увидеться. Посмотрим, что она скажет.
Опять молчание.
– Почему она не захочет меня видеть?
