Сначала все происходило мирно и обыденно. Три грузовика подъехали к пропускному пункту УЗОРа. Из каждого вышел командир в звании от капитана до майора, которые приказали охранявшим проезд бойцам освободить дорогу. Они, дескать, прибыли по распоряжению своего командования на усиление охраны береговой линии в связи с напряженной обстановкой. Спокойно показали свои командирские удостоверения и даже махнули перед лицами проверяющих документы бойцов приказами.
Проинструктированные бойцы спокойно проверили документы, не выказывая никакого удивления или возмущения, сказали, что им необходимо связаться с начальником дежурной смены и быстро отступили в караульное помещение. Это был самый скользкий момент нашего плана. Ведь по сути бойцы, вышедшие тормознуть грузовики, все время находились в смертельной опасности. Выбрали их из добровольцев. Очень много зависело от агрессивности нападающих в первые минуты, а также от скорости возврата в караулку. Но как только охрана в целости и сохранности скользнула в помещение, зажглись мощные прожектора, показались с разных сторон несколько пулеметов, и пророкотал громкоговоритель:
- Всем немедленно выйти из машин и сложить оружие. Любое действие иным образом будет расценена, как попытка бегства и будет пресекаться огнем на поражение.
Последний грузовик попытался развернуться, но тут же застыл с простреленными шинами.
- Лучше не дергайтесь, задание провалено, сдавайтесь, - снова раздалось из громкоговорителя. Один из командиров попытался застрелиться, но очередной снайперский выстрел выбил пистолет у него из рук, а сам он своем покатился по земле, баюкая простреленную руку.
После этого из грузовиков начали выскакивать бойцы, тут же отбрасывая винтовки в сторону. Потом в этой куче нашлись даже несколько ППД, которых в войсках было не еще так много.
Но самое интересное ждало проверяющих машины бойцов Иваненко, лично руководившего засадой, в конце. Внимание в кузове одной из них привлек здоровенный короб. На проверку в нем оказался настоящий диверсант английского производства. Причем, помимо него там же нашлось четыре ребризера - разновидности акваланга с замкнутой системой дыхания последней модели. В СССР пока таких не было. Сразу стало понятно, что об отступлении всего десанта никто и не озаботился. Их задача была смести охрану и дать специалистам доступ к информации. А уходить планировали лишь командиры и диверсант. Под водой, прихватив все найденные документы.
Экспресс допросы показали, что вся акция была спланирована в британском посольстве, а команды непосредственным исполнителям давал первый секретарь московского горкома партии Хрущев.
И вот тут выяснилось, что из-за нелепой ошибки именно за Хрущевым никто после приема в английском посольстве слежку не установил. А те, кто приглядывал за ним на постоянной основе в течение последнего года, также не заметили ничего необычного в его поведении. Да, он встречался с военными в горкоме, обсуждал вопросы быта расквартированных в столице частей. Так это его прямая обязанность. А вот то, что сначала эта лиса успела провести тайную встречу на приеме, а потом и с исполнителями, никто так и не заметил. И окажись заговорщики порешительнее в деле и погибни, его имя так бы и не всплыло. Или всплыло бы нескоро. Сталин рвал и метал, хотя сам же еще в прошлом году не захотел трогать Никиту. Все надеялся через него раскрыть заговор. Вот и раскрыли, но совершенно случайно.
На этот раз Сталин больше не рискнул играть в кошки-мышки и приказ об аресте отдал, не медля.
Ночная акция с нападением на УЗОР вызвала новую кратковременную волну арестов. И на этом внутренние волнения закончились. Как по команде. Британское посольство через несколько дней выразило удивление пропажей одного из членов своей делегации пару дней назад отправившегося погулять и познакомиться получше с Москвой. НКИД ответил не менее искренним удивлением, о том, что такое случилось, и тут же заявил, что если бы его уведомили и попросили предоставить гида, то сейчас бы их человек наверняка находился бы в посольстве. Но помочь разобраться в деле поиска пообещал.
Но ни человека, ни трупа похожего на него по описанию, так никто и не нашел. Сотрудникам посольства показали все найденные за эти дни трупы, но среди них нужного не обнаружилось.
Всего в течение месяца было арестовано около пятидесяти тысяч человек, так или иначе засветившихся во время операции либо в связях с иностранцами, либо в агитации против Сталина. Более десяти тысяч оказались прихваченными по ошибке и были вскоре отпущены, а остальные рассказали немало интересного. По итогам расследования около тысячи сознательных врагов и агентов иностранных разведок было расстреляно, остальные отправились на различное время на стройки Родины, искупать грехи ударным трудом.
Но закончилась лишь именно внутренние волнения. Внешние волнения только нарастали.
Сталин внимательно смотрел на троих в летах, еще крепких мужчин, сидящих напротив него. Зрелище было довольно занимательное.
