Я увидел планету, но не так, как ее можно увидеть на любой из фотографий, сделанных из космоса. Не было ни привычных очертаний материков, не было океанов, не было прозрачного покрывала атмосферы. Вместо всего этого я видел медленно пульсирующий шар, от которого исходили мириады нитей. Шар был окружен полупрозрачной пеленой, внутри которой плавало огромное количество разноцветных облаков. Именно в эту пелену упирался луч, приходивший извне, именно из нее уходил вдоль луча в неизвестность тот самый цветовой жгут. Некоторые облака, плавающие в пелене, были совсем крошечными, некоторые гигантскими. Одни практически не двигались, другие быстро перемещались. Какие-то выглядели стабильными, но было большое количество тех, что возникали и практически сразу же исчезали, растворяясь в пелене. Нити, идущие от центрального шара, утыкались в эти облака. Хотя несколько раз мне попались на глаза нити, которые останавливались, не дойдя ни до одного из облаков, вспучивались и образовывали новые облака. Потом я осознал, что картина на самом деле гораздо сложнее. Крупные облака, включали в себя множество более мелких, причем процесс был динамическим. Были такие, что висели внутри более крупного облака достаточно спокойно, лишь периодически озаряясь небольшими вспышками зарниц. Были другие, которые пытались вырваться за пределы большого собрата, а были и такие, что, напротив, стремились внутрь. Между множеством облаков, как правило, крупных, периодически возникали разряды молний, большинство из которых вполне могло бы быть выстрелами какого-нибудь фантастического энергетического оружия. Их агрессивность ощущалась даже на расстоянии. Но были и другие, они как бы плавно выдвигались в направлении адресата и легко касались его поверхности, не пытаясь пробраться внутрь. И это лишь самый общий вид. Во мне возникла уверенность, что если пристальнее взглянуть на какое-то небольшое облако, то и в нем можно будет разглядеть еще более мелкие облачка.
Завороженный этим потрясающим по красоте и сложности многомерным представлением, я был не в состоянии отвести взор.
- Так выглядит жизнь, - снова раздался тот же Голос. - Луч, который устремляется к Земле из глубин Мироздания, можно назвать временем. Именно оно создает движение твоего мира. А то, что ты назвал жгутом, это информация, которую создает твой мир и которой он делится с Мирозданием.
Картина резко приблизилась, я вот уже я оказался почти на поверхности пульсирующего шара. Прямо на его границе в хаотическом броуновском движении быстро двигались миллионы и миллионы малюсеньких разноцветных горошин. Большинство из них были довольно тусклыми, но попадались изредка те, которые на общем фоне выглядели светлячками. В своем беспорядочном движении горошины постоянно выбрасывали в различные стороны тонюсенькие нити. Большинство из них предназначалось другим горошинам, хотя некоторые устремлялись вверх, к облакам и терялись среди них. Изредка из облаков к поверхности шара очень быстро проскальзывали и обратные нити. Хотя нитями стоило бы назвать лишь некоторые из них. Другие больше напоминали луч фонарика, который по мере удаления от источника все больше походил на конус, упиравшийся в целые группы горошин. В таком случае горошины на мгновение замирали, их яркость немного повышалась, а затем они снова продолжали свой хаотический бег по поверхности шара.
- Посмотри. То, что ты наблюдаешь сейчас, вот эти маленькие светящиеся субстанции, названные тобой горошинами, это люди. Нити, идущие от них, их мысли. Как ты можешь видеть, большая их часть направлена горизонтально, на других людей и бесследно растворяется в общем планетарном поле, которое ты назвал пеленой. Облака в небе - то, что ты называешь эгрегорами, устойчивые мыслеформы, создаваемые людьми или целыми группами. Чем больше людей включает в свое сознание ту или иную мыслеформу, тем дольше она живет и тем больше становится. Устойчивые крупные мыслеформы даже способны обзавестись некоторым подобием собственного сознания и в целях своего выживания образовать со своими творцами двустороннюю связь. Некоторым такая обратная связь удается даже с прочими людьми. Так происходит "вербовка" новых адептов. Поскольку мыслеформ много, то между ними существует и определенная конкуренция и даже войны. Некоторые на уничтожение. Ты видишь многообразие цветов и оттенков облаков, ты видишь многоцветие информационного жгута, исходящего от мира? Так или примерно так выглядит мир в эпоху относительного благополучия.
