– Еще кровь. Человеческая, живая… Или совсем недолго мертвая, не важно. Желаешь поделиться? – Влад усмехнулся шире, показывая выступающие клыки, выглядящие довольно необычно на фоне остальной совершенно человеческой челюсти. Влад, названный в честь знаменитого вампира, это знал и иногда пользовался, но дальше дружеских насмешек над Яном не заходило.
Он снова вернулся к трупу, нахмурился, возвел прежнее заклинание, словно надеялся, что где-то ошибся в прошлый раз. Но ошибался он вообще редко – боевая магия не прощала, приходилось делать сразу. Раздраженно, по-звериному зарычав, он смахнул заклинание.
– У них нет души, – предвидя вопрос, сказал Влад.
И тут же внимательно вцепился взглядом в успевшего отвернуться Яна – сейчас он видел только половину лица. Почему-то – он и сам не мог объяснить подобное – ему было важно заметить на лице инквизитора отсутствие эмоций.
– А, ясно, – буднично отозвался он. – И что это значит?
– Ну, не особо много, – вздохнул Войцек. – А ты?..
– Моя проданная душа, да, – огрызнулся – на мгновение сверкнул глазами – Ян. – Да, иногда мне становится интересно, – сдался он. – Почему я не чувствую, что что-то потерял, а ведь должен бы… нечто важное… Но мне будто бы абсолютно все равно.
Влад чуть заметно улыбнулся – не хотел обидеть. Ему нравилось говорить с таким Яном – не с инквизитором Яношем Кираем, хладнокровно расспрашивающим его о следствии по делу.
Ян помолчал, странно косясь на него, в конце концов не выдержал и расхохотался.
– Твой участливый тон жутковато звучит сам по себе, а когда ты над трупом стоишь, то вообще кошмар, – отсмеявшись, признался он. – Но… ладно, ладно. Я просто не проснулся еще до конца, поэтому такая постная морда, – словно желая опровергнуть это, он постарался состроить улыбку. – А душа… ну ее, эту душу, мне пока и так хорошо. – Не услышав возражений, Ян кивнул сам себе, придвинулся ближе к телу. – Так что это все же значит?
– Что к людям эти существа отношения не имеют, тут ты прав, – вернулся к телу Влад. – Либо эта дрянь вылезла из Тартара, либо ее вырастили в какой-то лаборатории, это точно. Хотя никакой ауры нашего подпола я не чувствую, а на Девятом должны неусыпно сторожить место прошлого разрыва, так что вывод напрашивается сам собой.
Склонившись над звериной мордой, Ян брезгливо скривился. Выражение, застывшее на лице – если можно было так сказать – трупа, бешеный оскал, и у самого Влада вызывало неприязнь.
– Ты тоже можешь такое… создать?
– Я боевой маг, – резковато ответил Влад. – Я разрушаю, а не создаю, это другая сила. Хотя что-нибудь простенькое и я могу сотворить – может, покажу однажды… Это работа тоньше… Жалко, что наш умник не подписался. Маги всегда любили начертать на своих творениях инициалы – видимо, для устрашения. Им всегда нужно было чувствовать себя сильнее кого-то.
– Тут нет того… следа, который ты пытался почувствовать на крыше?
Влад снова провел рукой над телом, всматриваясь в печать, из ниоткуда возникшую перед ним. Сложный узор из странно изломанных, неправильных фигур, вписанный в круг, щерящийся лучами алого света. Обращаться с такими заклинаниями Войцек научился много лет назад – он небрежно поправлял необходимое, рисовал руны, меняя смысл печати – иногда на противоположный.
Кто-то однажды говорил, что магия сильно напоминает программирование – Влад недостаточно был знаком с техникой, чтобы что-то ответить. Он предпочитал считать, что выплетает на изнанке мира тот узор, который был ему нужен.
Краем глаза он уловил мягкий свет справа – засияла печать Яна, отзываясь на творимое заклинание. Вытянув руку перед собой, инквизитор мрачно рассматривал татуировку, линии чуть иной печати, чем та, что висела перед ними. Глубокие, отнюдь не чернильные фигуры – узор, созданной древней магией, скрепившей сделку с Дьяволом, когда он лишился души.
– Почему она реагирует на твою магию? – устало спросил инквизитор.
– Не знаю, – честно признался Влад.
Ян не разрешал дотрагиваться до печати. Ни магией, ни руками – словно боялся, что Войцек что-то испортит и лишит жизни их обоих.
Инквизитор поежился – в морге и впрямь было прохладно, попытался опустить рукав рубашки ниже, чтобы скрыть печать, доходящую едва ли не до пальцев.
– Кажется, я понял, в чем тут дело, – постарался отвлечь его Влад. – Только не дергайся.
– Ты что собрался…
Влад невозмутимо разжал сведенные словно бы намертво челюсти существа, пошарился в пасти, скользнул пальцами под скользкий вялый язык. Наблюдающего за ним Яна аж перекосило – лучше бы он и правда резал и работал всевозможными щипчиками, валяющимися на подносе. Свободной рукой он взмахнул, заставляя магию откликнуться.
– Гадость какая, – признался Ян.
Сжалившись над инквизитором, он просто принялся выцарапывать нужную ему часть заклинания левой рукой, рассыпая вокруг быстро гаснущие искры. Наконец поддалось – Влад ликующе улыбнулся, чувствуя шершавый на ощупь пергамент в руке.
– Смотри, – протянул ему Влад вытащенный небольшой свиток, на удивление чистый и сухой. Пока инквизитор осторожно разворачивал бумагу, улыбнулся: – Хочешь фокус?
