И в это время слух промчался(Гласит преданье), что в горахБезвестный странник показался,Опасный в мире и боях;Как дикий зверь, людей чуждался;И женщин он ласкать не мог!<. . . . . . >Хранил он вечное молчанье,Но не затем, чтоб подстрекнутьТолпы болтливое вниманье;И он лишь знает, почемуКаллы́ ужасное прозваньеВ горах осталося ему.<p>Последний сын вольности</p><p>(Повесть)</p>
Посвящается (Н. С. Шеншину)
1Бывало, для забавы я писал,Тревожимый младенческой мечтой;Бывало, я любовию страдал,И, с бурною пылающей душой,Я в ветренных стихах изображалТаинственных видений милый рой.Но дни надежд ко мне не придут вновь,Но изменила первая любовь!..2И я один, один был брошен в свет,Искал друзей – и не нашел людей;Но ты явился: нежный твой приветЗавязку снял с обманутых очей.Прими ж, товарищ, дружеский обет,Прими же песню родины моей,Хоть эта песнь, быть может, милый друг, —Оборванной струны последний звук!..
