Через день, подготовившись, мои родители и ученики школы встречали воспитанников детского центра. И Дженна была с ними. Детям показывали школу и как проходят уроки танцев. Среди детей были желающие, кто захотел попробовать. Движения были простыми, а танец весёлый и задорный. Мы прыгали и хлопали в ладоши, визжали и веселились от души. Дети были счастливы, им было весело.
После танцев всех детей собрали на ланч. Спустившись в столовую я стала искать Дженну, и найдя её, кивнула девочке. Увидев меня, Дженна робко заулыбалась.
Сердце дрогнуло и я на миг задержала дыхание. Дженна улыбнулась, впервые за всё время нашего знакомства, её робость и страх понемногу отступали.
Детей увезли, а я целый день думала о девочке. Вспоминая и её усилия выучить танец и улыбку, мне хотелось её увидеть снова, больше всего рассказать и показать. Мне просто хотелось побыть с ней рядом.
Но в следующие дни я не могла приехать в центр. Эмили снова дала новую программу и нас звали в новое место для выступления. Было понятно, что после официального представления детского центра, я снова с головой уйду в репетиции и не увижусь с малышкой.
Дни в репетициях и только отдалённых разговорах с управляющей центра по телефону шли один за другим. Мне не хватало малышки, и я понимала, что тоскую по этой улыбке и тому горящему детскому взгляду. И еще я чувствовала вину за то, что пропала, ведь я могла дать ребёнку надежду на новую дружбу, а теперь меня нет, и девочка могла скучать за мной, как я за ней.
Но время к открытию центра приближалось и снова я еду в казино, где меня уже ждёт Тристан. И снова этот тяжёлый запах табака и мужского пота от напряжения исхода игры.
– У нас с управляющей центра всё готово официально Вас представить. Журналисты приглашены на завтра.
Он смотрит в свой органайзер, пальцем пролистывая встречи и события, и напряженно вздыхает.
– Тристан, я не могу переносить. У меня новая программа от Эмили, я должна готовиться, простите.
– Ладно, завтра так завтра. Здесь для Вас есть ещё бумаги от Моррисона. – Он показывает на папку, лежащую на его столе и, встав с кресла, выходит из-за стола набирая что-то на мобильном. – Я устал и буду в зале. Если возникнут вопросы, найдёте меня возле рулетки. Предлагаю присоединиться и Вам, обсудим подробности в более неформальной обстановке – вытащив из кармана 6 фишек и оставив их возле меня, Тристан выходит из кабинета, оставив меня изучать бумаги.
В папке оказались отчёты от управляющей центра и новые предложения от волонтёров. Заинтересовавшись некоторыми, которые можно было озвучить именно на официальном событии, я взяла фишки, решив присоединиться к Тристану.
Неформально, так неформально. Оборудовать новой электронной библиотекой центр мне казалось нужной и очень хорошей идеей.
Перебирая фишки в руке, я вспоминала Дженну. Я снова её увижу. Уже завтра. И я ей всё объясню. Объясню, что не пропала, что я её друг и расскажу о своих выступлениях и гастролях.
Спросив у охранника, где я могу найти Тристана, меня проводили к рулетке.
В зале чувствуется напряжение от игры, ожидание финала. И вот оно – зелёное полотно, визг волчка и стук фишек, громкий голос крупье, объявляющего ставки. Вижу Тристана с охраной и подхожу к столу ближе, отвлечь его от игры и озвучить мои мысли.
Только моему плану, видимо, свершиться не суждено. Случайно обведя взглядом присутствующих за столом, я замираю. Дыхание перехватывает и воздуха не хватает совсем, я словно задыхаюсь. Нет, не может быть! Сосредоточенный взгляд, слегка виднеющаяся татуировка под распахнутым воротом рубашки, инвалидное кресло. Такое не может привидеться. Это ОН.
– Питер… – шепчу одними губами, а рука тихо опускается, роняя фишки с гулким шумом на пол…
Еще с самого утра новый день как-то не задался. Я думал, какого черта всё так не складывается?
Взяв стопку бумаг, отчетов и наблюдений, просматриваю и складываю
одну к другой, пытаясь найти долбанную связь или хотя-бы зацепку на этих чёртовых
ублюдков, свободно торгующих оружием любого калибра.
Зачем же им сыворотка?
Почему они так ее охраняют?
Как же не просто оказалось к ним подобраться. В Вашингтоне, где была первая зацепка, она же пока остается и единственной.
Я понимаю, что это длинная цепочка темных схем, и обычно всегда в такой схеме задействованы много звеньев, зацепишь одно звено – обнаружишь и следующее, но в этом деле всё иначе. Хорошо продуманный и замаскированный бизнес, отлаженная сеть поставок оружия, и не так-то просто будет выйти на тех, кто возглавляет это бизнес. Они не совсем простые смертные, возможно у них есть связи и в правительстве, и репутация у них не запятнана, только сверху наблюдают за процессом и руководят, удачно всё спланировано.
Думай! Думай, Пит, думай, черт тебя возьми!
Должна же быть хоть какая-то еще зацепка.
Голова идет кругом.
Отодвинув бумаги, я по привычке, положил карандаш за ухо, и посмотрел в монитор включеного компьютера.
