Большие чёрные глаза татарчонка были переполнены влажным ужасом и смертной тоской. Игорь застыл, держа руки на ширинке и моргая. Губы татарчон-ка зашевелились, Игорь услышал шёпот:
- Урус, урус, не бей, не бей, урус, казак, не бей, уру-у-ус...
Это были очень долгие мгновения. Шёпот казался страшно громким. Неверо-ятно громким. Игорь пошевелил пальцами, качнул головой - и, отвернувшись, шаг-нул прочь.
Револьвер в руке неслышно подошедшего Генчо выстрелил. Игорь, вздрогнув, рефлекторно оглянулся - и обмер.
Татарчонок ещё подёргивался. Из пробитого лба текла пузырящаяся кровь.
В руке у татарчонка был приготовленный к броску нож.
- Пожалел? - спросил Генчо. - Спинку подставил благородно?! Рыцаря нашёл?!
Игорь зашевелил губами, сам не зная, что хочет сказать. Может, что и приду-мал бы, но из фургона вывалился Сенька. Глаза его были огромными, он бормо-тал:
- Там... там... - и тыкал назад пальцем...
...Николай с руганью расколотил очередной автоклав. Из него выпало что-то, что не хотелось рассматривать, грек яростно растоптал успокоительно мерцаю-щий зелёным огоньком дисплей. Сенька и Борис вынесли и уложили на гальку по-следнего - пятого - ребёнка, это была девочка лет 10.
- Жива, - сказал Сенька. И облегчённо вздохнул.
Двое мальчиков - 6 и 12 лет - и три девочки - где-то две по 10 и одна лет 8 - были живы, но находились под воздействием снотворного. На руках виднелись следы нескольких уколов. Двадцать автоклавов, содержавших человеческие вну-тренние органы, стояли там же, где лежали дети - на откидных полках.
- Бартер, - сказал Николай, отплёвываясь вожжами густой слюны. - Сюда - нар-коту, отсюда - органы и детей. Бартер, сссука.
- Слить бензин, всё полить и сжечь к еб...не матери, - приказал Сенька. - И на ка-
115.
тер, на катер, на катер...
... - Спят? - спросил Сенька. Денис кивнул:
- Спят, что им сделается... Куда нам их девать-то?
"Вепрь" чуть покачивался под выступом скалы, за оградой из других скал, не-видимый ни с моря, ни с суши, ни с воздуха. Солнце уже подползало к зениту. Мир был полон сонным благодушием, лишь издалека доносились звуки керченского порта.
Сенька вдруг засмеялся:
- Слушай, капитан,а не миновать мне всё-таки в Керчь идти. Найду ребят из "Про-рыва"(1.), чего проще. И свалим им на руки, ничего не объясняя.
Денис начал кусать щёку изнутри. Он кусал щёку и постукивал по лееру ку-лаком. Потом нехотя сказал:
- Иди, чёрт с тобой. Только не один. Кольку возьми.
