Её дыхание было подобно тёплому ветерку на моём лице, и капля пота, упавшая с её лба мне в рот, показалась мне неожиданно сладкой.
– Это нож, – ответил я. – Вообще-то твой нож.
Сперва на её лице отразилось недоверие, потом замешательство и, наконец, возмущение.
– Ты сжульничал, паршивый…
– Я пообещал не пользоваться своим оружием. Но ничего не говорил о твоём. О, и на тот случай, если тебе интересно, клинок прижат к артерии на твоём бедре. Заставь меня хотя бы дёрнуться, и ты ещё долго будешь истекать кровью.
Некоторое время она смотрела на меня, глаза в глаза. У неё и вправду были изумительные глаза, особенно когда заглядывали так глубоко, всецело сосредоточившись на мне, пытаясь понять, действительно ли я сделаю то, о чём говорю. Она попыталась слегка прижать локтем моё горло, совсем чуть-чуть. Я ответил таким же давлением ножа. Думаю, лёжа друг на друге, замотанные в одеяло, мы выглядели довольно нелепо.
– И что теперь? – наконец спросила Ториан.
– Как насчёт того, чтобы я убрал клинок, ты убрала локоть с моего горла, а потом мы вдвоём вылезли из-под дурацкого одеяла, не прибегая больше к насилию.
– А после?
– А после поступим по-моему.
То был не ответ, или, по крайней мере, не тот ответ, который бы ей понравился, но Ториан, казалось, как следует над ним поразмыслила.
– Что ж, – сказала она наконец, убирая локоть, – кем бы ты ни был, ты не трус.
– Спасибо, – ответил я и осторожно убрал клинок.
Выбираясь из-под одеяла, я чувствовал себя и неуклюжим, и смущённым. И только когда мы уже стояли и смотрели друг на друга, я понял, что в какой-то момент потерял нож.
– Ты не трус, но в некотором роде идиот, – заключила Ториан, показывая мне клинок. – Тебе следовало бы понять: как бы сильно мне ни хотелось победить честно и справедливо, я никогда не позволю своим чувствам помешать мне защищать королеву.
– А тебе следовало бы понять, как сражается Келлен, – сказала Нифения.
С безупречной плавностью и грацией Ториан развернулась и с идеальной точностью метнула нож. Он наткнулся на железную ткань, которую Нифения держала перед собой, и со стуком упал на пол. Сердитый меховой комок спланировал с потолка, приземлился на голову Ториан и обмотался вокруг неё, ослепив перепонками.
– Он, может, тупой и отвратительный на вид, но у моего партнёра всегда в запасе ещё один трюк, – просвистел Рейчис.
Бывают моменты, когда я действительно люблю этого вороватого и смертоносного белкокота.
– Такие холосенькие глазки, – промурлыкал он, вцепившись когтями в края глазниц Ториан.
Для человека, который так ненавидит аргоси, Ториан Либри замечательно владела арта валар.
– И что теперь? – спросила она, не выказывая ни малейшего страха, несмотря на вполне реальную возможность того, что её глаза вот-вот исчезнут в глотке белкокота. – Ты собираешься меня убить? Если ты такой чувствительный, можешь просто заставить свою подружку вырубить меня одной из её усыпляющих игрушек джен-теп и оставить арканистам. Я уверена, они сделают свою работу. Спустя некоторое время.
Нифения ощетинилась.
– Я не использую усыпляющие чары и не оставляю людей на растерзание.
Я подошёл к Ториан и жестом велел Рейчису слезть с её головы. Тот поворчал о традиционных правах белкокотов мстить голокожим, вырубившим их отравленными дротиками, но в конце концов подчинился, прыгнув мне на плечо.
– Насколько я себе представляю, – начал я, тщательно подбирая слова, чтобы ситуация снова не вышла из-под контроля, – ты притворяешься, что сдаёшься, оставляешь этот храм вместе с нами и ждёшь шанса, чтобы снова попытаться прикончить Шуджана. Скорее всего, у тебя ничего не выйдет, но тем временем мы, наверное, попадём в плен или будем убиты, и королева потеряет двух своих лучших защитников. Или же…
Она пристально смотрела на меня, вглядывалась глазами цвета индиго.
– Дай угадаю. Ты хочешь, чтобы я присоединилась к вашей маленькой труппе странствующих продавцов змеиного масла, дарующих надежду и доброту армиям континента, находящегося на грани войны?
– Что-то вроде того.
Она с сомнением покачала головой.
– Келлен, за время нашего знакомства я сажала тебя в тюрьму, лгала тебе, отравила и избила до полусмерти. С чего бы тебе сейчас мне довериться?
Настала моя очередь выдержать её взгляд.
– Потому что ты ни разу не получила ожидаемого результата. И вряд ли ты стала одним из самых легендарных маршалов, повторяя одни и те же ошибки снова и снова.
– Даже если я соглашусь, откуда тебе знать, что я не лгу, просто выжидая своего часа?
– Потому что даже изгой знает: время от времени надо просто доверять людям. – Я ухмыльнулся. – Кроме того, я почти уверен, что уже разобрался, как работает твой гипноз, поэтому у тебя нет выбора.
Ториан постаралась сохранить стоическое выражение лица, но после драки трудно держать эмоции под контролем. Что касается меня, после боя я обычно начинаю реветь, как трёхлетний ребёнок, только что уронивший свой десерт.
Ториан расхохоталась.
– Ладно, картёжник, попробуем по-твоему.
Рейчис внезапно потянул носом воздух.
– В чём дело? – спросил я.
