– Сомневаюсь, что получу удовольствие от чего-либо. Просто скажите мне, в чем заключается моя «работа», чтобы я ее смогла выполнить, а вы – рассказать мне о моих родителях. Я хотела бы как можно скорее вернуться домой.
– Хорошо, – проговорил он. – Сегодня будет несложная работа. Это будет твоя проверка для того, чтобы понять, насколько хорошо ты следуешь инструкциям. – Он сделал вид, что задумался. – Хотя этот тест ты не должна провалить.
Она дрожала в новой шубе, но старалась не выказать своего страха.
– Продолжайте, – проговорила она, изображая скуку.
– Я хочу, чтобы ты вела себя приветливо с джентльменом, которого тебе представят – его зовут лорд Мертон. Если он пригласит тебя потанцевать, ты скажешь «да». А во время танца спросишь его, не покупает ли он сыры в «Пэкстон энд Уайтфилд». После этого он проводит тебя на твое место, где ты достанешь сигарету и попросишь прикурить. Он даст тебе коробок спичек и скажет оставить его себе. Ты выкуришь сигарету и передашь коробок мне, когда мы окажемся в машине, но не раньше.
– Могу я спросить, зачем для этого понадобилась я?
Ева вглядывалась в его лицо, пытаясь понять его настроение или убедиться в том, что он окончательно сошел с ума.
Он коснулся ее подбородка, погладил щеку.
– Моя дорогая, ни к чему тебе это знать. Просто делай то, о чем я прошу.
Он ухмыльнулся. Белое пятно его улыбки словно отделилось от лица и покачивалось в полумраке салона. Она отвернулась от него, всем сердцем желая, чтобы этот вечер поскорее закончился и она смогла вернуться в квартиру и ждать Грэма.
В «Савое» в начале вечера Еву представили лорду Мертону, пожилому мужчине с густыми бакенбардами и толстыми волосами в ушах и носу. После этого она не видела его, пока не начали исполнять танцевальную музыку.
Ей пришлось вытерпеть долгий вечер и танцы с партнерами, почти не говорившими на английском. Она постоянно присматривала за своей сумочкой на столе, в которой лежало письмо от Грэма, словно так он становился ближе к ней. Она едва притронулась к икре, перепелам а-ля Ришелье и пирогу «Жалюзи парисьен», и не только из-за чувства вины из-за того, что все остальные горожане вынуждены терпеть нормирование продуктов.
Наконец около полуночи к ней подошел лорд Мертон и пригласил потанцевать. Он выглядел пьяным, и Ева испугалась, что его холодные, липкие пальцы оставят следы на ее платье. Он рассуждал о погоде, а она в это время старалась не поднимать взгляда на покрытые волосами пещеры его выдающегося носа. И только когда песня почти закончилась, она между делом спросила:
– Сэр, вы сыры покупаете в «Пэкстон энд Уайтфилд»?
Он оступился, и ей пришлось собрать все свои силы, чтобы удержать их обоих от падения. Несколько капелек пота, появившегося у него на висках, капнули ей на руки. Он вымученно улыбнулся.
– Да, милочка. Именно там.
Когда он проводил Еву к ее столику, она попросила у него огня. Он дал ей коробок спичек и откланялся. Затягиваясь, она мельком заметила одобрительный взгляд Алекса и отвернулась, сделав вид, что не обратила на это внимания. Затем, когда подали кофе и мороженое с пралине, она, сославшись на головную боль, попросила отвезти ее домой.
Когда водитель припарковался напротив дома Евы, она протянула Алексу коробок спичек, который тот взял, не проронив ни слова.
– Я сделала так, как вы просили, – произнесла Ева. – Теперь расскажите мне про моих родителей.
– Позволь мне сначала проводить тебя и убедиться, что ты благополучно добралась до дома.
Скрепя сердце она провела его через фойе с черно-белым полом к лифту. Когда они поднялись на нужный этаж, она вышла в коридор, едва он открыл лифт.
– Спасибо за приятный вечер, – обернулась она. – Дальше я смогу дойти одна. Я устала и была бы признательна, если бы вы рассказали то, что обещали. – Вспомнив про шубу, она скинула ее и передала Алексу. – И благодарю за это – в ней было довольно тепло.
Будто бы не замечая ее желания избавиться от него, Алекс, не обратив внимания на протянутую руку, вышел из лифта и закрыл за собой ворота, а затем и наружную дверь.
– Она на тебе прекрасно смотрится, Ева, и я знаю, что тебе понравилось ходить в ней. Поэтому прошу, оставь ее себе в знак моего расположения.
Не уступая, она продолжала держать шубу, от веса которой у нее уже заныло плечо.
– Ну что вы. Я не могу принять такой подарок. Он слишком дорогой и совершенно неуместный.
– Мне жаль такое слышать. – Он взял шубу, разглядывая ее. На его губах появилась улыбка. – Ты часто получаешь весточки от своей матери?
Выражение его лица и тон лучились искренним интересом. Словно он не знал ответа заранее.
– Я ничего от нее не получаю. – Она подняла подбородок, демонстрируя отсутствие смущения. – Она не умеет ни читать, ни писать.
– А, верно. А от отца?
– Вы прекрасно знаете, что он тоже безграмотен. И я не видела его с самого детства.
– Бедная маленькая Этель, оставшаяся без отца. Тогда это хорошая новость, что он навестил твою мать?
