– Мама принимает визитеров в гостиной. Почему бы тебе не пройти в свою комнату? Там ты можешь привести себя в порядок, а затем я бы представила тебя ей.
– Конечно, – произнесла Ева, кивая так, словно ждет не дождется знакомства с матерью Грэма. Они двинулись вверх по лестнице. – Она запомнила меня с Дома Луштак?
– Она не запоминает имен, но может узнать твое лицо. Ведь оно незабываемо, верно? Хотя, осмелюсь предположить, она могла этого и не заметить. Она больше смотрела на наряды.
– И кто же я такая, по ее мнению?
Остановившись на лестничной площадке, София повернулась к подруге.
– Я не хотела, чтобы их хоть что-то расстроило – отец все еще очень болен, а мать чувствует свою ответственность за свадьбу единственной дочери. – Она сделала паузу. – Надеюсь, ты не сильно будешь против, но она уверена, что вы с Прешес – школьные подруги сестры Дэвида, Вайолет – она моя третья подружка невесты. К счастью, Вайолет всегда не прочь посмеяться и считает, что хитрить нужно с юмором. Она уже сказала маме, что мы все дружим уже долгие годы.
Вместо обиды Ева почувствовала привкус облегчения.
– Я понимаю. В самом деле, понимаю.
София сжала ее ладонь, а затем пошла дальше по ступенькам.
– Я очень надеялась, что ты поймешь. Мама ужасно старомодная в некоторых вещах. Я уверена, когда она узнает тебя получше, то полюбит и примет тебя так же, как Грэм и я. Просто нужно немного времени.
Еву услышанное успокоило, но от нее все же не ускользнула мрачная улыбка Софии, когда она отворачивалась.
Спустя полчаса подруги остановились перед дверью в гостиную. София сжала руку Евы.
– Нет ничего хуже, чем пророк Даниил, стоящий перед львами во рве, правда? И он выжил.
Прежде чем Ева смогла ответить Софии, что ее слова не помогают, лакей открыл дверь, и они вошли. Три пожилые дамы, беседовавшие за чашкой чая, подняли на них глаза.
– Мама, – сказала София, подходя к миссис Сейнт-Джон. – Позволь мне познакомить тебя с одной из моих подружек невесты, Евой Харлоу.
Приблизившись, Ева улыбнулась, чувствуя себя так, словно ее представили Королеве.
– Так приятно с вами познакомиться, миссис Сейнт-Джон!
Взгляд голубых глаз скользнул по девушке, но узнавания в них не вспыхнуло. Ева крепко сжала колени, ощущая, что они вот-вот подогнутся от облегчения.
Представив Еву всем остальным, София показала ей жестом, что им следует сесть на небольшую кушетку возле миссис Сейнт-Джон.
– Я так счастлива, что вы здесь, – сказала мать Софии, когда горничная в форменной одежде принесла чай и гостям предложили маленькие пирожные. – Возможно, вы сумеете уговорить Софию исправить вырез на ее платье. Я пыталась объяснить ей, что он слишком глубокий для юной леди из приличной семьи, но она, кажется, пропустила все мимо ушей. Портниха оказалась совершенно бесполезна, учитывая то, сколько мы ей заплатили. Я просила ее поднять вырез, но она не сделала, как ей было сказано.
– Да она, скорее всего, даже не понимает правильную английскую речь, – заявила одна из женщин, чье имя Ева уже успела позабыть. – Радуйся тому, что она не оставила грязных отпечатков на белом шелке. Кто знает, в чем она копалась до этого!
Кусок пирожного застрял в горле Евы. Она попыталась протолкнуть его, глотнув чая. Трясущимися руками – так, что едва не уронила, – Ева поставила чашку на блюдце с чересчур громким стуком. Она почувствовала на себе три пары глаз, но смогла удержать улыбку на губах и сделать вид, что все нормально.
– С радостью посмотрю, – произнесла она, ища взглядом помощи у Софии. – Это легко можно исправить.
– Мама, ну что за вздор, – вмешалась в разговор София. – Вырез довольно скромный. Осмелюсь предположить, что Дэвида он не шокирует, а мне важно только его мнение.
Миссис Сейнт-Джон, потягивая чай, приподняла бровь, задержала ненадолго взгляд на Еве, а затем повернулась к дочери.
– Я не согласна. У тебя есть два достойных брата. И важно, чтобы твоя репутация не была запятнана, так как это плохо отразится на них. К слову, дочь леди Дункан, Аурелия, почтит нас своим присутствием за сегодняшним ужином. Я надеялась, что Грэм приедет вовремя. Я уже распорядилось, чтобы их именные карточки поставили рядом.
Леди Дункан – дама, чье имя Ева забыла, – улыбнулась, обнажив немного выступающие зубы.
– Было бы чудесно, если бы наши семьи объединились через этот брак, не правда ли?
– Несомненно, – согласилась миссис Сейнт-Джон, и ее взгляд снова переместился на Еву.
Словно предвосхищая дальнейшие расспросы, София резко поднялась.
– Леди, прошу нас извинить, у нас еще столько дел.
Ева тоже встала и, попрощавшись со всеми, вышла вслед за Софией из комнаты. Они не останавливались, пока, пройдя по нескольким коридорам, не вошли в пустую комнату.
– Ты в порядке? – озабоченно спросила София.
– Да, все хорошо. Спасибо, что спасла меня.
– На самом деле это я должна тебя благодарить за то, что ты спасла Грэма от такой, как Аурелия Дункан. У нее материнские зубы и пустая голова. Грэм избегает ее с самого ее дебюта два года назад, когда наши матери начали сводить их. Мне кажется, это одна из причин, почему он поехал в Бирму.
