— Мне не нужны деньги, — сказала Руби. — Я хочу преподнести вам эту Библию в подарок вместе с номером нашего бесплатного журнала «Слово истины», который выходит два раза в месяц. Теперь вы будете получать этот журнал каждые две недели, а я буду навещать вас каждые пять дней, и в солнечный день, и в непогоду, чтобы постоять с вами на крыльце и побеседовать о Библии. — В сторону шепотом она добавила: — И чтобы ты меня в конце концов возненавидел!
— Я атеист, — сказал Грубов. — Мне не нужна ваша Библия.
— Атеист! — воскликнула Руби, словно торжествуя победу. — "Сказал безумец в сердце своем: «Нет Бога». Псалом 13.
Грубов зарычал от ярости.
— Или вот. «Мы говорим о том, что знаем, и свидетельствуем о том, что видели, а вы свидетельства нашего не принимаете». Евангелие от Иоанна, глава третья, стих одиннадцатый.
— Убирайся, женщина.
— Вас не заинтересовала бесплатная Библия?
— Нет.
— А наш бесплатный, выходящий два раза в месяц, журнал «Слово истины»?
— Нет.
— А то, что я буду приходить к вам каждые пять дней, чтобы побеседовать о Священном писании? Обычно я звоню в дверь, когда вы стоите под душем.
— Нет.
— Хорошо, — сказала Руби и засунула руку в сумочку. — Одно слово на прощание.
— Только одно.
— Это из «Деяний апостолов», глава восьмая, стих восемнадцатый, — сказала Руби. — «Дайте и мне власть сию, чтобы тот, на кого я возложу руки, получал духа святого».
Руби улыбнулась Грубову.
— А это тебе от меня лично, — сказала она, выхватывая из сумочки револьвер и обрушивая его на голову Грубова.
Тот, пошатнувшись, сделал шаг назад.
— В сторону, ты, белый, — сказала Руби.
Она вошла в дом, закрыла дверь и подождала, пока русский придет в себя.
— Где он? — спросила Руби и направила на Грубова револьвер, умело держа его у бедра, чтобы удар руки или ноги русского не помешал выстрелить.
— Где кто? — обалдело сказал Грубов.
— Раз, — произнесла Руби и передернула затвор. Резкий щелчок нарушил тишину прихожей. — Считаю до двух. Где он?
Грубов посмотрел на нее, затем на револьвер.
— Это полуавтоматический Рюгер 22-го калибра, самый слабый пистолет в мире, — сказала Руби. — Патронам уже пять лет, а пистолет, наверное, заржавел. Даже если я врежу тебе прямо промеж глаз, вряд ли смогу остановить тебя. Ну что, проверим, повезет ли мне, по-твоему, или нет?
Руби улыбалась, но ничего хорошего се улыбка не обещала. Грубов вновь посмотрел на револьвер и проворчал:
— Внизу.
— Показывай дорогу. И давай-ка без фокусов.
Грубов стал спускаться по ступенькам. Руби следовала за ним. В подвале Карбенко поднял глаза, увидел тоскливый взгляд своего подчиненного и потянулся за револьвером.
Грубов ступил в подвал. Руби стояла позади него на нижней ступеньке лестницы, дуло ее пистолета глядело на Карбенко.
Долговязый русский улыбнулся.
— Доктор Смит, кто эта ваша очаровательная спасительница? — спросил он.
— Мой помощник по административной части, — сказал Смит.
— Вы в порядке, доктор? — спросила Руби.
— Да.
— Отлично. Теперь ты, Рой Роджерс. Ты сядешь на тот диван. И ты тоже, горилла. — Она направила пистолет на Грубова.
Грубов двинулся вперед, и его широкая спина загородила Руби весь обзор. В тот же момент полковник Карбенко схватил пистолет со стола, одним прыжком очутился рядом со Смитом и приставил дуло к виску директора КЮРЕ.
— Че-е-рт! — произнесла Руби.
— Брось оружие, маленькая леди, — сказал Карбенко.
Минуту Руби продолжала упрямо держать Карбенко на мушке, затем ее рука дрогнула и медленно опустилась. Грубов подошел к ней и отобрал пистолет.
Он замахнулся, чтобы ударить, но резкий окрик Карбенко остановил его.
— Не смей, Игорь!
Игорь с ненавистью уставился на Руби. На лице у него багровел огромный кровоподтек.
— Значит, вы не торгуете Библиями... — сказал он.
— Еще три минуты, болван, и я бы продала тебе твой собственный автомобиль! — ответили Руби.
— Садитесь-ка сюда, — произнес Карбенко и указал Руби на диван рядом со Смитом. — Доктор, — сказал Карбенко, — все усложнилось. Я поверил тому, что вы рассказали о проекте «Омега». Но теперь есть основания полагать, что дело все же темное.
— Отчего же? — спросил Смит.
— Оттого, что немного найдется директоров санатория, у которых помощники по административной части носят с собой оружие.
— Вы бы таскали с собой автомат, если бы жили в моем районе, — вмешалась Руби.
Карбенко улыбнулся.
— Умница, детка, но это не пройдет.
Он посмотрел на Смита.
— Я охотно рискнул на контакт с вами. Я даже подготовил все, чтобы Игорь мог вернуться в Россию, поскольку он раскрыл себя. Но теперь не только вы... теперь еще эта девушка. Вы поставили меня в очень трудное положение, доктор Смит.
— Примите мои глубокие соболезнования, — сказал Смит.
Карбенко взял револьвер со стола и взвесил его в руке.
— Надеюсь, вы понимаете, что я должен сделать?
Внезапно в подвале прозвучал новый голос:
— Нет. А что вы должны сделать?
Руби обернулась. Это был Римо. Он стоял у лестницы возле Игоря, и рядом был Чиун. Игорь ошеломленно повернулся: он не слышал, как они спустились.
