– Забронировал президентский номер в отеле. У них проблема с землей для застройки, в основном высотки, более подходящего жилья не нашел.
– Понял. До встречи.
Марк положил телефон в карман пиджака, обнял Агату и улыбнулся.
– Ну вот, не о чем беспокоиться. Доктор нас уже ждет, он один из лучших, не переживай, родная, все будет хорошо.
– Спасибо. Марк, – она вздохнула, помолчала несколько секунд и спросила: – Ты на таком красивом языке сейчас говорил, это же не китайский?
– Нет, не китайский. Тебе повезло, крошка, твой муж полиглот. Я знаю языки всех стран, куда меня отправляют.
– Надо же! Просто удивительно! И сколько? Сколько языков ты знаешь?
– Много, – прошептал он ей на ухо.
– Я тоже хочу выучить какой-нибудь. Поможешь мне?
– В этом нет необходимости, милая. Скоро все будут говорить на одном языке.
Она рассмеялась и легонько толкнула его в плечо.
– Да ну тебя, я серьезно.
– И я серьезно.
– Ладно, и что это будет за язык, мистер полиглот?
– Красивый, самый красивый язык.
– Научишь меня?
– Научу, когда придет время.
Агата несмело шагала вперед, послушно закрыв глаза ладошками, а руки Марка лежали на ее талии, помогая не сбиться с пути.
– Все, можешь открывать, – шепнул муж.
Тепло его дыхания скользнуло по коже, Агата смущенно улыбнулась и открыла глаза.
Прямо перед ней стоял белоснежный самолет с семью круглыми иллюминаторами. По корпусу проходили две изогнутые полосы – бирюзовая и серая. Тонкие крылья напоминали крылья большой морской птицы, названия которой девушка не помнила.
– Мамочки! Какой он красивый, – воскликнула Агата.
– Я же тебе говорил! Никаких очередей, проблем, неудобств. Пойдем, внутри тебе еще больше понравится.
Они поднялись по невысокому трапу.
– Марк, это точно самолет? – прошептала она, заглянув внутрь.
– Точно, – улыбнулся он, поднял ее на руки и занес внутрь, в уютный, отделанный светлым деревом и кожей салон.
– Скорее похоже на яхту какого-то арабского миллиардера.
– Ну, не знаю. А на яхте есть такая ванная?
Он поставил девушку и распахнул неприметную дверь, за которой скрывался облицованный темным полированным деревом роскошный санузел с белоснежной сантехникой и позолоченными аксессуарами.
– Марк, – пропищала она, – Марк, Марк! Просто сказка, как же тут красиво!
– Малышка, ты еще кухню не видела, – усмехнулся он.
– Кухню? Шутишь, тут есть кухня?!
Он взял ее за плечи и развернул в другую сторону:
– Смотри!
Кухня поражала роскошью не меньше ванны. Мебель из такого же полированного темного дерева, только отделка не позолоченная, а хромированная.
– С ума сойти! Никогда бы не подумала! Очень, очень красиво. Марк, ты мое чудо, спасибо тебе!
– Так и есть, милая, я твое чудо, – улыбнулся он, – а ты мое. Пойдем, хочу показать еще кое-то.
– Еще? Пожалей меня, я и так уже вне себя от восторга.
– Ты привыкнешь. Еще пару перелетов, и будешь возвращаться сюда как домой.
– Наверное, ты прав. Этот самолет как летающая квартира и будет с нами во всех местах, куда мы отправимся. И еще ты.
– И я, – улыбнулся он.
Они подошли к двери, похожей на банковский сейф с большой круглой задвижкой.
– Не пугайся, это для антуража. На самом деле тут хранится наш багаж. И вот это…
Агата заглянула в распахнутую дверь. Внутри помещения стоял прочно перетянутый ремнями большой металлический ящик с блестящими замочками и молдингами по углам.
– О, Марк, моя арфа. Ты ее все таки забрал?
– Ты обещала мне сыграть, я не забыл.
– Сыграю! А где ты успел найти кофр для арфы?
– Ты имеешь ввиду футляр? Друзья помогли – преимущество моей работы.
– А чем вы занимаетесь?
Марк не успел ответить – раздался мелодичный звук.
– Взлетаем, пошли, по инструкции мы должны сидеть в креслах, пристегнутые, назидательным тоном сообщил Марк.
– Летим! – радостно воскликнула девушка.
Самолет мягко оторвался от земли. Если бы не вид из круглых окошек, можно было подумать что они все еще катятся по взлетной площадке. Агата с детским любопытством смотрела в иллюминатор на уменьшающийся город. Потом они вынырнули над облаками и девушка замерла от восторга. Глядя на пушистые белые хлопья она невольно вспомнила о вчерашнем вечере, о невероятной красоты номере для новобрачных, о внимательном и нежном Марке… Агата зажмурилась, ее щеки пылали. А еще она почувствовала на себе его взгляд, но не могла найти в себе смелости взглянуть на мужа – чудесного, совершенно невероятного, самого лучшего мужчину на свете.
Марк тоже рассеянно посмотрел на облака, потом на девушку в кресле напротив. Он не ошибся, Агата удачный выбор. Искренняя, наивная, неопытная. К тому же, как удалось выяснить сирота, и у нее почти нет друзей…
– Расскажи о своем детстве, Агата, – внезапно спросил он.
