Он был удивлен моим поведением, но не жаловался, когда я повела его туда, где танцевали люди. Музыка сменилась на бодрую поп-песню, и все превратились в танцующих маньяков, которым было все равно, выглядят они неуместно или нет. Прямо как я. Я сделала несколько глупых танцевальных движений, которые я бы не решилась попробовать на публике, и Кайден смеялся, наблюдая, как я трясу бедрами с поднятыми вверх руками.
Он положил руки мне на талию и повторил мои движения, сдаваясь. Его глаза счастливо сверкали, когда он смотрел на меня.
— Ты сумасшедшая.
— Сумасшедшая — это мое второе имя, да.
— Тебе нравится вечеринка?
— Моя подруга текила — отличная компания.
Он рассмеялся и убрал прядь моих волос с моего потного лица.
— Больше никакой текилы для тебя. Если бы я знал, что ты попытаешься напиться, я бы никогда не выпустил тебя из виду.
— Да ладно, Кай. Не будь таким чересчур опекающим. Я в порядке.
Я была далека от «в порядке», что очень быстро проявилось. Темп песни ускорился, и мне стало труднее сохранять равновесие, когда мы ускорились. Я постоянно спотыкалась о собственные ноги, и головокружение одолевало меня поэтому, когда Кайден кружил меня, я чувствовала, что меня сейчас стошнит.
Я зажала рот рукой и наклонилась, надеясь, что не опозорюсь прямо перед всеми этими людьми. Они были из нашей школы, так что если бы я вырвала, надо мною издевались бы больше, чем когда-либо.
Кайден схватил меня за плечи и сравнял свое лицо с моим.
— Ты можешь сдержаться, пока мы не дойдем до ванной?
— Думаю, да.
— Давай. Я тебе помогу.
Мы двигались сквозь стены людей, которые толкались друг на друге, замедляя нас, но, к счастью, тошнота уже прошла, и я смогла сдержаться.
— Делай глубокие вдохи, — приказал Кайден, направляя меня. — Держи голову поднятой.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, более чем благодарная за то, что он делает это для меня. Мое зрение было слишком размытым, и я чувствовала головокружение, но мне удалось сосредоточиться на его лице.
— Ты ангел, Кай.
— И ты пьяна. Не останавливайся. Еще немного.
Ванная внизу была недоступна, поэтому он отвел меня в свою комнату. Несколько человек целовались в темном коридоре, но Кай не обращал на них никакого внимания. К тому времени, как мы вошли в его комнату, я уже засыпала, поэтому я рухнула на мягкую кровать Кайдена и перевернулась на спину, широко расставив ноги и руки.
Я зевнула, и больше не чувствовала тошноты. Кай не стал щелкать выключателем, поэтому было темно, и единственным источником света был яркий свет луны.
Он остановился надо мной, нахмурившись.
— Тебя не вырвет?
— Теперь я в порядке. Не сглазь! — Я закрыла тяжелые веки, улыбаясь от уха до уха.
Его долгий вздох сказал мне, насколько он мне не верит, но я была слишком сонной, чтобы беспокоиться об этом. Музыка была просто глухим пульсом вдалеке, а мои уши гудели в тишине его комнаты.
Казалось, я закрыла глаза всего на несколько секунд, но когда я их открыла, я была одна в комнате. Я прищурилась на светящиеся звезды на потолке, пытаясь разглядеть их отчетливо, но их было так много, а я была слишком пьяна. Я улыбнулась, вспомнив, как Кай говорил мне, что собирается снять их, потому что они были детскими, но я думала, что они милые. Они подходили его милой натуре.
Кто-то открыл дверь, и я запрокинула голову назад, чтобы сквозь размытость разглядеть, кто это был. Я едва могла различить высокую фигуру Кайдена, когда он закрыл дверь и подошел ко мне. Я снова посмотрела на звезды над собой.
— Кайден, тебе не нужно было проверять меня. Я же говорила тебе, что со мной все в порядке.
Он ничего не сказал. Он сел рядом со мной на кровать, и краем глаза я увидела, что он тоже смотрит на звезды.
— Я честно не знаю, что ты видишь в звездах. Не пойми меня неправильно, они прекрасны. Просто я действительно, действительно пыталась найти в них более глубокий смысл, но для меня они просто бесчисленные крошечные точки, которые сбивают меня с толку вместо того, чтобы давать мне какие-либо ответы.
Он не ответил, и я задалась вопросом, не обидела ли я его. Я никогда не признавалась Каю в своих чувствах к космосу и всем тем вещам, которые его увлекали, потому что не хотела задеть его чувства, но что-то подтолкнуло меня быть с ним полностью честной сейчас.
— Извини, если это тебя оскорбляет. Я не хотела этого. Я имею в виду, я восхищаюсь твоей страстью, но всякий раз, когда я думаю обо всем этом безграничном пространстве, я чувствую себя подавленной. Это страшно, понимаешь? Чем больше мы узнаем об этом, тем больше мы видим, что ничего не знаем, и страшно, насколько мы крошечные, по сравнению с этим.
Кайден казался каким-то другим, и я чувствовала себя совершенно непринужденно. Необъяснимым образом он излучал что-то, что заставляло меня чувствовать, что я могу рассказать ему свои самые сокровенные мысли, чего я никогда раньше не делала. Или, может быть, это было просто из-за алкоголя, и это не имело к нему никакого отношения.
