— Ну да, ну да, теперь я и впрямь похож на какого-то небритого негодяя. Если еще больше отращу эту шерсть на роже, меня вообще могут за тебя принять, — ухмыляется он, и Чуи ворчит в ответ. — Ладно, расслабься, великан, никто нас с тобой не спутает. Ты же вроде ходячего дерева с волосами.
Чуи откидывается на спинку кресла второго пилота, и в его глазах отражаются звездные линии. Ему скучно, а скучающий вуки — весьма опасное создание. В последней системе, где они побывали, — Орд-Мантелл в Среднем Кольце — Чуй пришлось возиться с навигационной системой «Сокола», пытаясь найти дефект, влиявший на работу гипердвигателя. Что ж, он его исправил — и ладно. Но потом отказали пушки — что они, естественно, обнаружили, лишь попав в засаду из трех кораблей мародеров-кришей.
Им тогда здорово опалило векторные пластины и репульсоры, и они едва сумели уйти живыми.
И все же по-своему приятно, когда рядом с тобой только Чуи. Хану недостает Леи и Люка — даже Лэндо, хотя он никогда не признался бы в этом вслух, — но полет в космической бездне вместе со старым другом напоминает ему о тех днях, когда он был моложе. Когда были только он, вуки и «Сокол». И у них не было никаких забот, кроме как защитить собственную задницу — ну и, само собой, разбогатеть. Впрочем, как подсказывает ему внутренний голос, последнего так и не случилось.
— Ладно, выходим из гиперпространства, — говорит Хан, берясь за ручку. Звездные линии укорачиваются, и наступает тот самый головокружительный момент, когда кажется, будто мозг зашвырнуло в космос, а потроха остались в десятке парсеков позади. И так каждый раз, сколько бы прыжков они ни совершили.
Дасур.
Еще одна в списке попирающих законы планет, кишащая ворами и управляемая бандами, которыми, в свою очередь, правит преступный картель. И на весь этот сброд тяжко трудятся рабы.
Слишком мерзко — даже для того Соло, каким он был когда-то. С ворами еще как-то можно договориться, но одна лишь мысль о рабстве жжет его изнутри, будто в живот залили раскаленной лавы.
— План остается прежним, — говорит Хан в ответ на ворчание Чуи. Тот же самый план, что и на Орд-Мантелле, Андо-Прайме, Кара-Вине и прочих планетах. Соло закрепляет на глазу кибернетический имплант — выдвижную гелиодоровую линзу, которая на самом деле полнейшая фальшивка. Добавить сюда недельную щетину и помятую пилотскую фуражку — и никто не узнает его с первого взгляда. Чуй протестующе рычит, но Хан лишь кивает: — Знаю, дружище, знаю. Я тоже предпочел бы, чтобы ты был со мной — вот только твое присутствие сразу же выдаст нас с головой. Хороша картина — контрабандист в компании одного из нескольких десятков освобожденных вуки! Но наша задача — найти пути снабжения Империи, а это значит, что мне придется высадиться на планету в одиночку и разнюхать, как там и что. А ты… останешься на «Соколе», на случай, если что-то пойдет не так.
По недавним слухам, Империя, лишившаяся за прошедшую пару месяцев традиционных линий поставок и кораблей, укрепляет связи с некоторыми криминальными организациями, которые она тайно поддерживала в последние десятилетия. Хан высаживался на планеты, задавал вопросы, иногда — даже, пожалуй, чаще, чем хотелось бы, — ввязывался в драки в барах, пытаясь что-нибудь выяснить.
Пока — безрезультатно.
Чуи издает короткий лай.
— Угу, — соглашается Хан. — Надеюсь, у Веджа дела обстоят получше. Давай спустимся поближе к планете, и…
Раздается треск коммуникатора, и над ним возникает мерцающая голубая голограмма.
Хан смеется. Чуи машет лапой.
— Ну-ну, — говорит Хан. — Смотри-ка, кого к нам занесло космическими волнами.
Женщина на голограмме нахально покачивает бедрами.
— Привет, старый пройдоха.
— Старый? — Хан изображает крайнее недовольство. — Обижаешь, Имра. До глубины души. — Он обворожительно улыбается. — Я никогда не состарюсь.
— Думаешь, Лея считает так же?
— Ну это уже удар ниже пояса.
— Почему бы тебе не послать подальше эту принцессу, не сбросить маску законопослушного гражданина и снова не стать прежним бродягой — искателем приключений?
— Ты что, решила надо мной поиздеваться? Или у тебя какое-то дело?
— Есть одно дельце. Только решать нужно быстро.
Чуи недовольно ворчит. Хан полностью с ним согласен.
— Имра, как ты сама сказала, я покончил с прежней жизнью. Так что в любом случае…
Она исчезает, и появляется голографическое изображение планеты.
Чуи вскакивает и возбужденно рычит, потрясая кулаками и задев рычаг стабилизатора над головой. «Сокол» внезапно содрогается, и Хан быстро возвращает рычаг на место. Он уже собирается сказать своему старому другу, чтобы тот успокоился и расслабился, но тут внезапно понимает, что же того так взволновало.
Планета на голограмме.
Кашиик.
Родина Чуи.
