Было слишком рано спрашивать, чего именно он хотел от Кэма, но ответ уже был и укладывался в одно единственное слово: Кэм. Остин хотел Кэма — Кэм был ему
Остин слишком стар, чтобы проходить через всё это дерьмо.
Возможно, ответ придёт, если какое-то время провести в одиночестве. С одной стороны, поддержка — это, конечно, хорошо, но развивать зависимость от другого человека не было разумно. Остин не мог рассчитывать, что Кэм будет его постоянно спасать, хоть и хотел, чтобы тот всегда оставался рядом. Остин вроде как уже и полюбил это место, хотя и пробыл тут совсем недолго. Дом у Кэма был не слишком большой, но уютный. Не такой показушный, как его собственный на другом конце города. Дом, который выбрала и украсила Джейд.
Ему нужно с ней поговорить. Чем больше Остин думал об этом, тем больше утверждался в мысли, что жена использовала его нынешнее состояние как предлог уйти. Может, в прошлом он что-то упустил? Вполне вероятно. В конце концов, у них были свои проблемы.
Час за часом, напомнил он себе. Да. Час за часом. Он разберётся со всем; он должен.
Усилием воли подняв себя с постели, Остин натянул одолженные штаны, пошёл в ванную, помочился, освежился, а затем тихим шагом отправился на кухню. Наступая на ногу, пострадавшую во вчерашней драке в баре, Остин почувствовал тянущую боль и немного поморщился.
Было ещё кое-что… Остин никогда не был бойцом. Но вчера он обезумел от ярости. Он раз за разом впечатывал в ублюдка кулак, получая совсем слабый отпор, пока их не разнял вышибала.
Кэм стоял у плиты спиной к Остину, и судя по плечам, был сильно напряжён.
— Доброе утро, — осторожно проговорил Остин. Внезапно он распереживался, что о прошлой ночи будет жалеть именно Кэм.
Тот коротко кивнул. И не обернулся.
Кэм замер и уронил голову. Его плечи резко опустились. То ли от бессилия, то ли от облегчения, Остин не знал. Хотя и надеялся, что от последнего.
— Что, никаких грёбаных сожалений?
Остин медленно покачал головой и снова поцеловал в плечо, на этот раз дольше.
— Я же говорил. — Чёрт, как же хорошо находиться близко к Кэму. Остин прямо начинал чувствовать себя свободным. Слегка толкнув Кэма локтем, Остин молча потребовал, чтобы тот обернулся. Кэм подчинился, и как только оба оказались друг к другу лицом, Остин склонился и прикоснулся к его губам. — Ты думал, что я пожалею, — пробормотал он в перерыве между легкими поцелуями.
— Я думал, что ты решил послать всё на хрен, — поправил его Кэм и обнял Остина за талию. — Я думал, что всё это дерьмо выглядит довольно странно, и потом… — Он смолк, спрятав лицо в изгибе Остиновой шеи, а затем поцеловал местечко за ухом. — Мы оба знаем, что иногда ты можешь быть идиотом.
Остин ухмыльнулся.
— Идиотом, с которым
— О, ради бога, — простонал Кэм и оттолкнул Остина. — Так и знал, что ты припомнишь и при возможности укусишь за задницу. — Он покачал головой. — Теперь проваливай с глаз моих. Видишь, я готовлю яичницу. Засранец.
Остин с облегчением рассмеялся и направился в патио, где Бурбон играл с игрушкой. Ведомый лёгкой тревогой за щенка, Остин подошёл к бассейну и слегка пнул пластиковое покрытие. Оно оказалось достаточно прочным, так что Остин успокоился. Это значило, что Бурбон мог спокойно по нему бегать и не провалиться.
***
Некоторое время спустя Остин с Кэмом сидели в патио, пили кофе и ели яичницу. Кофе на вкус был немного пережжённым, а яичница пригоревшей.
— Я никогда не говорил, что хорошо готовлю, — заметил Кэм небрежно.
— Я не привередлив. — Остин отхлебнул кофе и посмотрел вдаль поверх бассейна. — Есть планы на выходные?
— Никаких. У тебя?
— Вообще-то не особо. — Остин нахмурился, подумав, что всё же должен сделать хоть
Не отрывая глаз от своей тарелки, Кэм задумчиво кивнул:
— Я бы с удовольствием стал твоей жилеткой для поплакаться, но обычно это твоя работа. — Он натянуто улыбнулся.
— Угу, потому что ты никогда меня не утешал, — заметил Остин сухо. Господи, такое ощущение, что им обоим нужна мамочка.
