В книгу «Послесловия» вошли стихи, иронические стихи – сечка, проза и фразы вразброс – мысли, выраженные одной-двумя строчками, написанные после последней публикации. Проза, как и в предыдущих книгах, включает и описание действительных случаев, и ни с чем не связанные с жизнью автора, или его знакомых, рассказы, например – «Случайная фотография», или «Первое апреля».
Желаем вам лишь добрых воплощений!
И светлой радужности преходящих дней!
И чистых дум! И правильных решений!
И долгой жизни! И удачи в ней!
Желаем вам, чтобы рождались дети!
И этот мир не стал бы к ним суров!
Ни войн, ни катастроф, на всей Планете!
Всего, что не опишешь в рамках слов!
Желаем вам, чтоб Души не старели,
И радостно встречали каждый час!
И чтоб любви флюиды всё горели,
И никогда не покидали вас!
Желаем вам…!
Подруга-Жизнь! О, как же ты прекрасна!
В цветах и птицах жаркий твой наряд,
А когда ночь морозна, небо ясно –
Холодным синим пламенем объят!
Пусть не всегда ко мне ты милостива,
Меня и незаметно в шлейфе дат,
Ты умопомрачительно красива,
Гляжу в тебя, не отрывая взгляд.
Пусть это лишь симфония сознанья,
Обманчивая Прелесть Бытия,
Прозрения на грани засыпанья,
Так трудно отказаться от тебя.
И этот сон мне от рожденья снится,
И просится на каждый лейтмотив,
В тебя ведь невозможно не влюбиться,
Твои измены, сотни раз, простив.
Только мёртвым я долг не сумела вернуть,
А живым не должна, никому, ничего.
Но насколько удачно осилила Путь,
Я не стану пытать у Него.
Все долги оплатила, чем только смогла.
А обиды и боль унижений простила.
Но какою сама я по жизни была,
Осознать, как и все, не в силах.
Далеко не святая, зачем теребить,
От тоски и бессилья, терзающий шквал,
И слепую наивность, неумение жить,
Добрых дел баррикадный завал.
То, что не было-было… уже позади.
Даже памяти след поистёрся давно.
Пред собой мне остался должочек один,
Но себе отпущу я его.
Сколько силы и мужества надо, чтоб жить,
Доживая последние странные дни,
Я позволю немножко себе погрустить,
И упрячу грусть в сказку о них.
А когда уже вовсе мне невмоготу,
И такие дела, хоть кричи, а хоть вой,
Свою боль погружу я в Его Немоту,
И умоюсь единой слезой.
Попрошу телу милость, Душе – Чистый Свет,
Для родных и для близких – Его Благодать…
А что Он там Решит, большой разницы нет –
– Всё равно никогда не узнать.
Пока дышится – дышу!
Пока пишется – пишу!
Пока ноги шевелятся,
Постараюсь управляться,
Ни о чём не попрошу.
Но вдруг увидишь бокалы пустые,
Жёлтые снимки, цветы неживые,
Камнем застывшие пыли барханы,
Грязные, в пятнах от пальцев, стаканы,
Криво, в рассохшихся рамах, картины…
В длинных вуалях седой паутины…
Страшно, сквозь время, в неведомый срок…
Боль метрономом в усталый висок…
Чёрным ониксом ветви деревьев блестят.
Льют дожди дни и ночи недели подряд.
Грустно осень последний снимает наряд,
Облетает, плывёт, обсыпается краска…
А когда зимний сон на ресницы падёт,
Я листочком, по ветру, отправлюсь в полёт,
И приникну к стеклу, чтоб взглянуть, как живёт
Моя Добрая, Милая, Славная Сказка.
Пусть жарко солнце палит над нами.
Сыплет дождями. Сыплет снегами.
Сыростью, вдруг, всё пронзает насквозь.
В мгновеньях сменяет жару и холод…
Это для грусти, конечно, не повод,
Хоть и погода для жизни всерьёз.
Мир этот всё же хорош несказанно.
Многое в нём непонятно и странно.
В нём для улыбок так много примет.
Всюду хорошее есть и плохое.
Всё превратится во что-то другое…
Жив, так живи! – На все беды ответ.
Судьба порой ведёт нас странно.
Не угадать её путей.
Реален – мир бегущих дней,
А остальное всё туманно.
Смешно судить и зарекаться,
Она подставит в тот же миг.
Сквозь нарисованный тупик,
Не видеть свет, как ни стараться.
И никогда нам не узнать:
Что лучше было бы избрать.
Сложилась жизнь, иль не сложилась…
Кому о том дано судить?!
Жизнь прожита, как получилось,
Увы, вторично не прожить.
Поступки не перепроверить,
На лучший топ не испытать…
«Что было б…» – не дано узнать.
Чужой судьбой напрасно мерять…
– Смотри, листок какой-то странный.
– С берёзки, может, иль с осины?
– Да нет, он жёсткий, слишком длинный.
Какой иссохший он и рванный!
Ты глянешь, затрепещет сердце,
И мысль вонзится в мозг стилетом.
А дождь, наигрывая скерцо
Симфонии «Прощанье с летом»,
Заволочёт стекло туманом,
И в нём видением нежданным,
Сквозь расстоянья океан,
Огромный фикуса баньян.
Присядешь к краюшку стола,
И вспомнишь, какой я была…
Когда мы молоды, мы мчимся за ветрами,
Бесстрашно отправляемся в полёт.
Тростинку жизней кто-то оборвёт,
И нет уж тех, кого мы звали «нами».
Душа не хочет в зеркала смотреться,
И, как котёнок, тянется к теплу.
Ещё любви и ласки просит сердце.
А тело осыпается во мглу.
Хоть я живу, ему не потакая,
Всегда вдогонку за теченьем дня,
Но вот засада гадская такая,
Ему совсем нет дела до меня.
Оно вредить стремится мне, похоже,
Подножку подставляя каждый раз,
Как будто мы с ним не одно и то же,
И цели жизни разные у нас.
Его я уговаривать пытаюсь,
А то и игнорирую, порой.
Всё тщетно, я теку и расплываюсь,
Переставая быть самой собой.
Душа ещё к познанию стремится,
Увидеть и осмыслить всё кругом,
А тело тормозит остановиться,
Нашёптывая тихо о своём:
Пусть ещё зреют планы и решения,
И мысль стремит в привычное клише…
Давно не девочка, и все предназначения
Мне никогда не выполнить уже.
Умною была, и глупой,
Доброю, и злой,
Ярким праздником, и скукой,
Грешной и святой.
