Я перелистнула страницу каталога со свадебными платьями и увидела его! Мое сердце тут же затрепетало. Именно о таком платье я мечтала всю свою жизнь: нежно-розовое, обтягивающее талию и бедра, а затем плавно расширяющееся от колен, с пышными ажурными воланами и большим серым бантом на талии! Эта Вера Вонг словно читает мои мысли, именно в таком я всегда себя и представляла, без этих кошмарных рюшек, тюля вместо юбки и бисера…
– Полина! – вдруг неожиданно раздалось над моей головой. – Ты только посмотри, какое платье мы тебе подобрали!
Я отложила каталог в сторону и подняла глаза. Передо мной стояли довольная Анна, моя мама, тетя Вера и Юля. Все четверо держали огромное многослойное пышное платье, расшитое бисером и жемчугом. Мое сердце тут же сжалось.
– Ты должна его примерить! – взволновано произнесла мама. – Будешь похожа на принцессу.
Почему из всех платьев, которые были в этом магазине, они отрыли «мой страшный сон», у которого были тюль, бисер, рюшки и даже корсет. Белоснежный салон, светлый, яркий, ассоциирующийся у меня с праздничной снежинкой, моментально превратился в царство бездушной снежной королевы.
– Втяни живот, – скомандовала Анна, – надо тебя потуже затянуть, еще втяни и еще чуть-чуть!
– Слово «вечность» в таком платье у меня точно не сложится! – прокряхтела я.
– Ты сейчас о чем?
– Не могу я так втягивать живот! Зачем вообще нужно такое кошмарное платье, в котором даже ничего скушать нельзя!? – негодующе спросила я.
– Зато так красиво! – протянула Юля – Платье моей мечты!
Они отошли в сторону, а консультант предложила мне залезть на небольшой круглый подиум, чтобы лучше разглядеть себя в зеркалах. Этот чертов корсет так стянул меня, что я лишь с третей попытки смогла подняться на подиум и выдавить из себя немую улыбку.
– Прекрасно, – всхлипнув, прошептала мама. – Надо запечатлеть на память, – она быстро достала свой телефон и сделала несколько фото. – Полина, ты можешь нормально улыбнуться? Я понимаю, что ты устала, но у тебя такое изможденное лицо!
– Это не лицо, это корсет, – проблеяла я и постаралась изобразить радость, размышляя над тем, что я буду самой голодной и злой невестой на свете. В этом платье я не только и крошки не съем, но мне придется еще и похудеть ко дню Х! Иначе я даже до ЗАГСа не доковыляю. В голове моментально стали вырисовываться странные картинки, как я ползу по коридору дворца бракосочетаний, держа в зубах букет невесты, словно кляп, а гости стоят вдоль ковровой дорожки и, словно группа поддержки, выкрикивают мое имя. Дотянувшись до ручки двери, я открываю ее и из последних сил вползаю в зал по-пластунски, а здесь, в самом дальнем углу, меня поджидает увесистая сотрудница ЗАГСа в парадном костюме и Адриан, который вместе со всеми радостно скандирует: «Ну же, Поля! Еще чуть-чуть и я женюсь на тебе! Поля! Поля!» Интересно, чем дело кончится? Я смогу доползти?
– Полина, да улыбнись же ты, наконец! – скомандовала мама. Я тут же пришла в себя и выдала рабочую улыбку. – Так гораздо лучше! Ладно, платье мы подобрали, теперь нам нужно выбрать торт.
Я перевела на нее удивленный взгляд.
– А что еще и торт будет?
– Ну конечно! Не оставим же мы вас без свадебного торта!
– Значит, у моего платья появится конкурент на этом празднике жизни, – печально заметила я.
– Перестань язвить! – и тетя недовольно махнула на меня рукой. – Ну какой же ты торт? Ты – вылитая принцесса Золушка!
– Главное, чтобы Адриан диабетиком не стал при виде принцессы в таком бисквите!
– Полина! – рявкнула тетя. – Пе-ре-стань, не будь такой занудой, мужчины этого не любят! Найдет себе утешение на стороне, будешь знать, как занудничать.
– Не посмеет! – резко выпалила я, обиженно поджав губы, и сделала незамысловатое движение пальцами, сымитировав ножницы, что жутко встревожило Анну.
– Не стоит быть такой агрессивной, Полина, – скривившись в лице, заявила она. – Тем более, накануне своей свадьбы.
– Это не агрессия, это предупреждение, так что следите за своим сыном в оба, тем более накануне МОЕЙ свадьбы! – угрожающе выдавила я и стала водить рукой по платью в поисках ярлыка. – Чье это творение?
Услышав наконец-то вопрос, связанный с изделием салона, ко мне сразу же подбежала консультант.
– Известный итальянский дизайнер, очень модный и дорогой! – просветила она.
– «Пукки», – грустно заметила я, всматриваясь в ярлык. – У меня будет свадебное платье от некоего Пукки?
– Пуччи! – поправила меня консультант, залившись краской. – Эмилио Пуччи.
– Нет, – печально выдохнула я, – платье от Пукки, вы ему льстите. Пуччи такое не сотворил бы никогда.
По правде говоря, я была жутка благодарна Анне за того супер-косметолога, который смог вернуть маме почти нормальное произношение. Ее дикция стала гораздо лучше, поэтому я готова была надеть любое понравившееся Анне платье. Уж если им всем приглянулся Пукки, значит, я выйду замуж в Пукки, или с Пукки – да какая разница!
