– Я не хочу никого обидеть, нет-нет, Ирландия – прекрасная страна, просто я не поклонник маленьких городов.
– Как и я… – От этой мысли улыбка Элизабет увяла. – Так откуда же вы все-таки сбежали?
– Из Нью-Йорка.
Элизабет покачала головой:
– Но у вас не нью-йоркский выговор.
– Да, вы меня поймали. Я из города Хэкстон, штат Колорадо, о котором вы наверняка много слышали. Он известен массой вещей.
– Например?
Он поднял брови:
– Абсолютно ничем. Это маленький город в большой пыльной низине, старый добрый город фермеров с населением в тысячу человек.
– Вам там не нравилось?
– Не нравилось, – твердо ответил он. – Можно сказать, я страдал там от клаустрофобии, – добавил он с улыбкой.
– Я знаю, каково это, – кивнула Элизабет. – Похоже на Бале-на-Гриде.
– Да, немного напоминает ваш город. – Бенджамин посмотрел в окно, он явно слегка расслабился. – Все машут тебе, когда ты идешь мимо. Они понятия не имеют, кто ты такой, но машут.
До сих пор Элизабет этого не осознавала. Она мысленно увидела своего отца в поле: на голове закрывающая лицо кепка, а рука, поднятая под прямым углом, приветствует проезжающие мимо машины.
– Они машут в полях и на улицах, – продолжил Бенджамин. – Фермеры, старушки, дети, подростки, новорожденные и серийные убийцы. Я тоже теперь так делаю. – Он подмигнул ей. – Могут даже помахать, подняв над рулем всего лишь указательный палец, когда ты переходишь дорогу. Если не контролировать себя, то, черт возьми, уезжая, будешь махать коровам.
– А коровы, скорее всего, помашут вам в ответ.
Бенджамин громко рассмеялся.
– Вы когда-нибудь думали о том, чтобы уехать?
– Я не просто думала. – Элизабет помрачнела. – Я уехала, и тоже в Нью-Йорк, но у меня есть обязательства здесь, – быстро сказала она, глядя в сторону.
– Ваш племянник, да?
– Да, – тихо ответила она.
– Ну, когда покидаешь маленький город, в этом есть одна хорошая вещь. Все будут без вас скучать. Те, кто остались, непременно заметят ваше отсутствие.
Они пристально посмотрели друг другу в глаза.
– Пожалуй, вы правы, – сказала она. – Хотя это некоторый парадокс. Мы оба перебрались в огромный, шумный, многолюдный город только затем, чтобы отгородиться от людей и почувствовать себя в одиночестве.
– Ха! – Бенджамин смотрел на нее не мигая.
Она знала, что он сейчас не видит ее, потерявшись в собственных мыслях. Несколько секунд он и правда выглядел потерянным.
– Так это или нет, – очнулся он, – но в любом случае было очень приятно поговорить с вами, мисс Эган.
Она улыбнулась этому обращению.
– Лучше я пойду и оставлю вас дальше смотреть на стену. – Он повернулся к двери. – А, кстати…
Элизабет почувствовала подступающую тошноту.
– Я нисколько не рискую смутить вас, поскольку предлагаю это совершенно невинно: может быть, вы согласитесь как-нибудь встретиться со мной вне работы? Я был бы рад для разнообразия пообщаться с человеком, мыслящим так же, как и я.
– Конечно. – Ей понравилось это неформальное приглашение. Никаких пустых ожиданий.
– Может, вы знаете, куда здесь можно пойти. Полгода назад, только приехав, я поинтересовался у Джо, где находится ближайший суши-бар. Я успел лишь сказать ему, что это сырая рыба, и он тут же отправил меня к озеру, в часе езды от города, велев спросить там человека по имени Том.
Элизабет рассмеялась, и этот звук, ставший для нее в последние дни привычным, эхом разнесся по комнате.
– Это его брат, рыбак.
– В общем, мы еще встретимся.
Он вышел, и Элизабет осталась наедине со своей проблемой. Вспомнив слова Бенджамина, что надо использовать воображение и поставить себя на место ребенка, она закрыла глаза и мысленно услышала детские крики, смех, плач и ссоры. Громкий стук игрушек, топот бегущих ножек, звук падающего тела, напряженная тишина, а затем рев. Она представила себя ребенком, сидящим в одиночестве в этой комнате, не зная никого вокруг, и неожиданно поняла, чего бы ей тогда хотелось.
Друга.
Она открыла глаза и заметила визитную карточку, лежащую на полу около нее. Кто-то, должно быть, пробрался в комнату, когда она сидела с закрытыми глазами, и оставил ее тут. Она подняла карточку, на которой был виден черный отпечаток большого пальца. Ей даже не нужно было читать, чтобы догадаться: это новая визитка Бенджамина.
Наверное, воображение все же сработало. Судя по всему, она только что завела себе друга в комнате для игр.
Положив карточку в задний карман, она забыла о Бенджамине и вернулась к прерванному занятию – рассматриванию стены.
Нет. По-прежнему ничего.
Элизабет сидела за стеклянным столом на безукоризненно чистой кухне, окруженная блестящими гранитными поверхностями, отполированными ореховыми шкафами и сияющей мраморной плиткой. Она только что закончила безумную уборку, а в ее мыслях так и не было порядка. Каждый раз, когда звонил телефон, она думала, что это Сирша. Но нет, зато, правда, позвонила Эдит, узнать, как поживает Люк. Элизабет до сих пор ничего не слышала о сестре.
