Я попросил бы поставить время – часом раньше манифеста.Николай ставит карандашом время и подпись.
НиколайЧто слышно о моей семье, об императрице?Я не имею сведений два дня.ШульгинНасколько мне известно, все благополучно, лишьПрихворали дети, но доктора на месте.НиколайСпасибо.ГучковКакие ваши планы?НиколайПоеду в Ставку. Проститься с теми,кто со мной служил России.Потом, наверное, в Киев, проститься с матерью.И – в Царское, к семье, дождусь детей выздоровленья, потом уж за границу.ГучковДа, напоследок. Такая обстановка, что уверенным быть в чем-нибудь нельзя.Нас могут задержать в пути и Манифеста мы не довезем.Не соблаговолите ли заверить дубликат – пусть остается у генерала Рузского.НиколайКонечно. Пожалуйста, подождите здесь.(Встает, прощается с депутатами, облобызал Рузского, Данилова.)
Спасибо вам за службу, за верное и честное служение России.Генералы молчат со слезами на глазах.ШульгинАх, ваше величество.Вот если б сделать это раньше,Хоть до последнего созыва Думы, быть может, не было такого…НиколайСчитаете, что обошлось бы?Николай выходит.
<p>Сцена 5</p>Екатеринбург. Дом особого назначения. Ночьна 17 июля 1918 года. Комната коменданта. Яков Юровский (член коллегии Уральского ЧК, комендант дома), Павел Медведев (начальник охраны дома).
ЮровскийОтберите у команды и принесите мне наганы.МедведевЗачем?ЮровскийДля проверки.Сегодня будем приводить… всех в исполнение.Поэтому предупреди, чтоб в карауле со стрельбы не волновались.МедведевПонял.ЮровскийИ уведите поваренка.МедведевБудет сделаноВыходит.
Юровский(смотрит на часы)
Но где же чертов грузовик? Ведь все детали решены…(Закуривает.)
Да, только так история творится,Наганом, пулей и штыком.Убить царя, детей, царицуПритом законно, не тайком,Такое вряд ли может повториться.Сегодня ночью – я слуга историиИ, обойдемся без соплей, ее убийца.Вчера – монарх, сегодня – инфузория,И все моей, вот этой вот рукой свершится,И вложенной в нее смертельной волей.Кто спросит, жаль ли мне детей?Не будет ли кровавых мальчиков в глазах?Безволие – проблема всех Романовых-царей,Из них лишь Петр сумел Россию наказать,Сынка, и то не пожалел, и, кстати, тоже – Алексей.Пускай царевича, забитого плетьми,Исполнится предсмертное проклятье.И править будем мы российскими людьмиБез гнили буржуазных демократий.И если надо, то засеем Русь костьми.Трехвековая ржа так просто не скоблится,И пусть окончится в подвале, втихаря,Не на миру, чтоб было чем гордиться,Бесславное правление бесславного царя,И я, Юровский, через час переверну страницу! 
