Посреди бела дня полностью

Я сидел ночью под крышей головы

И тлел от тёмного солнца пустыни.

Я получал пинок под лоб

Специально,

Прицелившись,

Обдуманно,

Быстро,

За всё хорошее, что я сделал,

За любовь к любимому,

За ненависть к ненавистному,

Сделавшись невидимым.

Мир съехал.

И я всё понял.

16.02.06

Я очень-очень долго кричал

И мне, наконец, надоело.

Решил я, что, наверное,

Не надо уже больше кричать.

Достаточно.

Довольно.

Тогда и открылась дверь входная

Под моею несмелой рукой,

И ноги вдруг куда-то понесли

От того, что я начал ими передвигать.

И несли, и несли меня,

Показывая по пути всякие улицы и проспекты,

Только город был уж очень пустой.

Настолько,

Что даже понравился мне.

За городом была река.

Я перебрался через неё

Всё теми же самыми ногами,

Не заметив даже что произошло

На самом деле.

Долго ещё шёл по пустым полям,

Ничего не понимая вовсе,

А в некий момент

Остановился,

Тишину услыхав.

Моргнул,

И занавес, наконец, поднялся…

1221

Мои глаза – ночные фонари

Моё дыханье – дым с трубы завода

Из тёмной улицы раздался крик "спаси!"

Фрактальный прах, бинарный труп и непогода

Из подворотни улыбаюсь мне навстречу

Суровым ветром обдуваю мою кожу

Лечу к себе и сам себя калечу

И падаю уже почти в прихожей

Осталось мне всего лишь полминуты

До той любимой и родной планеты

Где из дверей, из окон и из будней

Подуют тёплые, совсем как в детстве, ветры

Мои глаза – ночные магистрали

Моё дыханье – выхлопная копоть

Добрался я, хоть ноги и устали

Но ветер здесь, и нужно дальше топать…

11109

И стоило жить

И работать стоило

Стоило всех прыжков

На калёные летучие стрелы

И путешествий по заборам

Неписаной радостью

Стоило пальцев на левой руке

Стоило нюха чрез кожу свою

Стоило солнца

Поднявшегося ночью и зашедшего днём

Поднявшегося над каждым покинутым

Забытым и зачёркнутым домом

В городе со страшным именем

Стоило быть окружённым огнями фонарей

И свисшими до плинтуса петлями дорог

Стоило непроизносимых слов

Невыразимых картин

Неоконченных фотографий

Неразрешимых космонавтов

Стоило до гроба

Стоило по небу пешком

Пиная звёзды, давя облака…

Стоило жить в городе со страшным именем.

1.10.07

Мне кажется

Я буду

Закопан

В бетонном лесу.

Мне нравится

Надгробный

Светофор.

Я буду плыть

По рекам

Нечистотным

Я буду петь

Но песни

Непригодны

Для тех, кто жил

Не умер

Но воскрес

Кто был один

Встал утром

И залез

На крышу мира

Чтоб взглянуть

На небо

Усесться на пол

Закурить

Наверно

Железный шёпот

Мне подскажет

Что я прав

Один и ноль –

Биенье сердца

Два – удар

Бинарный код

Моей любви

Содержит двойки

А дожди

Расставят стены влаги

Навсегда.

Мне кажется

Я буду закопан

Мне кажется

Я буду закопан…

2969

небо тихонько стучалось в окно,

а ветер меня выдувал без оглядки.

я выигрывал в прятки

на выживание

у всех на виду.

словно мыльные пузыри

на лесной опушке

в новогоднюю ночь.

словно письмо без конверта,

без адресата,

без почты.

словно бы

то самое письмо,

что неизменно приходит

с первым снегом

в ноябре.

101213

в боли нет юдоли

лишь липкое вечное время

непоколебимое обгорелое

лишь день

и минута

и пища

хлеб насущный

по всем углам

тут и там

тут и там.

твой дом – не храм.

там – лишь хлам

и хлеб насущный

вовсе не нужный

но здешний

но твой

вот и ешь

вот и пой

закрывай за собой уходя

дверь в воскресение

утром

чтобы не налетела мошкара

и всё выдувающие сквозняки

они любят без спросу ходить

кого не надо будить.

что ещё делать?

лежать

ждать

запасаться на зиму

холодами-морозами

портреты маслом

срывать со стены

как листики календаря

как бы ни любил

как бы ни ждал

пусть летят на юга

дорога долга

не смею задерживать

не провожаю и не прощаюсь

даю себе установку –

напевай колыбельную

ведь вечер отныне

и песня не будет кончаться

слова сцепятся друг с другом

и заблестят

слезинками на стекле

собственных твоих глаз

сонных

от убаюкиваний сиих

замироточит старый шкаф

на зеркале мельчайшими капельками

выступит кровь

по всей его нескончаемой поверхности

часы выйдут из комнаты

в обиде

и больше никогда не придут

и не будут бить

прольётся из тарелки суп

звякнет об пол ложка

треснет мирно стоящий стакан

опять убирать

блядские эти чашки-плошки

начисто перемывать

жизнь на такую хуйню

по невыгодному курсу разменивать

опять

ужасно тяжко вставать

теперь понятно

какое же солнышко молодец

каждый день туда

и обратно – в колодец

каждый день туда

и обратно – в колодец…

а я только поднялся –

весь мир покачнулся

и пол под ногами трещит

того и гляди провалится

прямо подо мною

а там – тёмный лес

тёмный лес

тёмный лес…

так я снился себе еженощно

и неизменно

ходил за собой по пятам

хоронился и шкерился

чтоб не заметил себя

ужасно боялся оглянуться

вдруг и там за собою

я тоже иду

по пятам?

у этого всего

должен быть

несчастливый конец:

помрёт молодец

сломают меч-кладенец

вывалится из гнезда птенец

и пиздец.

потому и лежу

тихо и смирно

и гляжу в потолок

как в последний раз.

12-13919

спотыкаясь о нервы

кашляя ветром

градом потея

яро стремлюсь

гляжу всё вперёд безобразно

и в некий момент

даже вижу, как там

посреди бела дня

солнце сияет

берёза шумит

мошкара вьётся

речка течёт

люди на лавочках восседают

а за секунду до конца

даже мычит корова

где-то далеко-далеко.

в такие моменты

дождик по телу проходит