А Ирина… Ирина продолжала жить своей жизнью. Друзья, подруги, кино, танцы… Однажды, поздней ночью, возвращаясь одна от подруги домой она попала на глаза подвыпившей компании парней.
– Глядите, какая классная жидовочка идёт в нашу сторону. Я давно на неё глаз положил. А кто-то переживал, что вечер скучный!
– Да, чувиха – полный отпад! Пустим на «колхоз»? Ну, кто займётся ею? Тот и в «колхозе» пойдёт первым. Кинем жребий на младшую карту, чья очередь «обламывать». Ну, давайте, тяните быстрей!
– А куда её поведём? К Петьке?
– Нет, чувак, только не туда! – и, повернувшись к стоявшему рядом парню, – У тебя диван сильно скрипучий и пружины в бок впиваются. Да и живёшь на другом конце города!
– Поведём к Косте.
– Ты что, спятил?! А его родители?
– Они уехали. На три дня.
– Точно? Облома не будет?
– Не будет. Отвечаю за базар! И тащиться к нему не так долго. Хотя тоже, конечно, не ближний свет!
– Всё, тихо! Она приближается…
Ирина шла по освещённому тротуару, занятая своими мыслями и даже не подозревала о чьём-то присутствии.
– Постой, красавица, дело есть! – сказал один из парней, неожиданно появившись из темноты прямо перед Ирой. – Понимаешь, тут вот какая проблема: нужна твоя помощь. Мы идём к Костику на день рождения, а компашка у нас чисто пацанская. Опять его предки начнут бухтеть: «Алкаши твои припёрлись!» Ты даже не представляешь, какие они у него нудные и вредные! А если ты нарисуешься с нами – это уже совсем другой базар! Сечёшь?
– Вот ещё: никуда я с вами не пойду! Вам надо – вот вы и идите… Пропусти! – Ирина дёрнулась, пытаясь вырваться, но парень схватил её за волосы и отвесил звонкую оплеуху.
– Не дёргайся, сучка, а молчи и делай, что тебе велят. Не то хуже будет! Понятно? Ты что, жидовка, хочешь устроить «облом» всей нашей компании?! Посидишь минут сорок на дне рожденья и пойдёшь своей дорогой! А не то… – продолжая держать за волосы, парень неожиданно нанёс резкий сильный удар в солнечное сплетение. Ирина охнула и согнулась вдвое, держась за живот. Отдышавшись, она огляделась. Вокруг не было ни души. Город спал. Помощи ждать было не откуда. Оценив ситуацию и поняв, что её ожидает, Ирина решила попытаться использовать свой последний шанс.
– Хорошо, уговорили. Только больше не бейте, ладно? Больно ведь… Но я обязана позвонить домой и предупредить родителей. Они у меня ещё строже, чем у вашего Костика. Завели порядочек: если до двух ночи не приду домой – звонят в милицию! Представляете?!
– Нет проблем, конечно звони!.. Слышь, а вдруг тебе понравится на дне рождения, и ты задержишься до утра? Ты уж лучше отпросись на всю ночь.
– Ладно, попробую…
Глубокой ночью зазвонил телефон.
Разбуженный звонком, Илья не сразу нащупал в темноте трубку.
– Алло. Кто это?
– Мамочка! Это я, Ира! Я сегодня не приду ночевать домой. Буду спать у подруги, – и кому-то, рядом, шипящим шёпотом, – Что, так и будете всей компанией стоять над душой? С родителями хоть я могу поговорить?!
Это был голос из прошлой жизни. Теперь уже абсолютно ему безразличный и не нужный.
Илья понимал, что не должен. Более того, – не имел права. Пусть Прошлое остаётся в прошлом. Но он также знал, что раз она решилась ему позвонить, значит на этот раз всё так плохо, что хуже некуда. И у неё просто не было выбора.
– Улица?
– Танкистов.
Илья еле расслышал её быстрый шёпот.
– Хорошо.
Он сел. Включив торшер, начал одеваться.
– Кто это? – спросонья спросила Тоня.
– Нужно помочь другу. Ты спи. Я скоро вернусь.
– Совести у людей нет. Будить среди ночи. Ведь тебе утром ни свет, ни заря на работу, – тихо пробурчала Тоня, поворачиваясь на другой бок.
– Спи. Я быстро, – поцеловав жену, он вышел на улицу.
Куда он едет?! Зачем?! Ведь он – женат! В этот момент Илья не смог бы толком объяснить. А как потом оправдается перед Тоней? Что скажет? Солжёт? Между ними так не принято. Значит, скажет правду? Он не знал. Да и не думал тогда об этом.
Одно Илья знал твёрдо, и это было правдой: попроси его о помощи кто-нибудь другой, не Иринка, он поступил бы точно так же. И не важно, далеко или близко, днём или ночью… Он – такой. И этим всё сказано.
К нужному перекрёстку Илья подъехал накатом, заранее выключив двигатель и фару. Поставил мотоцикл на подножку. Сняв с головы шлем, осторожно, чтобы не заметили, выглянул из-за углового дома. Освещённая ночными фонарями пустынная улица хорошо просматривалась в обе стороны.
Парней он увидел сразу. Они шли в его сторону довольно плотной группой по проезжей части дороги. Человек шесть. Или семь. Многовато. И не какие-то сопляки, а из «крутых».
«Ничего. Бывало, и не таких обламывали. Тоже мне, племенные бычки. Женского тела им, видишь ли, захотелось!» – подумал Илья.
Ему стало понятно, почему она позвонила: парни были наглые, опытные. Вели её плотным кольцом. Без помощи извне не убежишь.
«Опытные, а ведут по дороге, – подумал он. – Любой постовой увидит их за километр. Да и нам это облегчит задачу. Только заехать надо с тыла».
Сделав большой полукруг, Илья, не прячась, выехал на ту же улицу. До Ирины оставалось всего полтора квартала.
Достал из пачки одну сигарету. «Ну, с Б-гом!» – подумал он и рванул на себя ручку газа.
– Ты что творишь, козёл?! Обкурился?! – «наехал» один из компании, когда Илья, резко затормозив на большой скорости юзом ворвался внутрь круга, чуть не зацепив возмутившегося парня правой дугой мотоцикла.
– Ребята, извините, огонька не найдётся? Такое счастье, что вас встретил. А то полгорода объехал – и никого, – сказал Илья примирительно, мельком оглядев всю компанию. К счастью, знакомых не оказалось.
– Держи, – сказал ближайший к нему парень, протягивая зажигалку.
– Спасибо, выручил, – поблагодарил Илья. – Если не трудно, дай уже и прикурить. Понимаешь, аккумулятор сидит. Отпущу ручку газа – двигатель заглохнет. Придётся толкать.
Внешне он был спокоен, даже медлителен. Ничто не выдавало того внутреннего напряжения, того состояния сжатой до предела пружины, в котором он находился. Илья понимал, чем чревата любая оплошность. Мысленно проверил готовность. Вроде всё как надо: муфта сцепления выжата, включена первая передача. Обороты двигателя – максимально возможные в данной ситуации…
– Вот жлоб! Мало ему зажигалки, так ещё и огоньку подай! Может с тобой ещё и «тёлкой» поделиться? – предложил шутя парень, кивнув головой в сторону Ирины.
– Ты серьёзно?! А что, предложение принимается. Спасибо! Я согласен, она вроде ничего, крутая, но возникает проблема: я любитель сольного пения. Групповой половой акт меня мало интересует, – невозмутимо ответил Илья, склонясь к огню зажигалки.
– Ну и нахал! Тебе, я вижу, палец в рот не клади – откусишь! – сказал протянувший зажигалку.
Вся компания весело засмеялась двусмысленной шутке.
– Да, ты прав. Откушу… – и вдруг, без какой-либо связи с предыдущими словами, громко крикнул, – Ну: раз, два, три – поехали!
Сделав сильную прогазовку, Илья крутанул до упора ручку газа, одновременно резко отпустил рычаг муфты сцепления и крепко вцепился в руль мотоцикла. «Ява», взревев, рванулась вперёд.
«Самое главное сейчас – не дать кому-нибудь из тех, что стоят впереди, ухватиться за руль, – подумал Илья. – Тогда – всё. Приехали».
Назад Илья не оглядывался. Да в этом и не было нужды. Он знал: получилось. Ирина, прыгнув на счёт «три» вперёд и вверх на опережение, точно приземлилась на своё место позади него.
Она проделала это так мастерски, что мотоцикл даже не вильнул. Илья только почувствовал её руки на своих плечах, да «Ява» жалобно скрипнула, просев под удвоенной тяжестью.
«Тяжело в ученье – легко в бою», – мелькнуло у него в голове.
Для компании прыжок Ирины был полной неожиданностью.
Парни пришли в себя через секунду, когда мотоцикл уже проскакивал между двумя из них наружу. Один, в последний момент, попытался схватить Ирину, рука его скользнула по её спине и вцепилась в дужку позади сиденья. Стараясь остановить мотоцикл, парень пробежал несколько метров, но споткнулся и, чтобы не упасть, был вынужден отпустить дужку.
Второй же, что был слева, бежал рядом, пытаясь дотянуться правой рукой до ключа в замке зажигания. Но видя, что мотоцикл ускользает, а вместе с ним ускользает и объект их вожделений, нанёс удар левой по мотоциклисту. Остальные сначала пытались бежать за мотоциклом, но оказались настолько позади, что почти сразу остановились.
«Ява», набирая скорость, увозила беглецов всё дальше и дальше.
Крики и угрозы разъярённой компании слышались всё тише, тише, пока не исчезли совсем.
Мотоцикл уже подъезжал к дому Ирины, когда, вильнув несколько раз, вдруг завалился набок. Ирина поднялась на ноги первой.
«Что случилось? С тобой всё в порядке?» – спросила она, но Илья не ответил. Ирина склонилась над ним, и вдруг увидела большое мокрое пятно на левой стороне рубашки. Присмотрелась: «Кровь!»
В квартиру она ворвалась, как метеор. Бросилась к телефону:
«Скорая! Срочный вызов. Немедленно приезжайте… Да о чём вы говорите!? Фамилия! Имя!.. Пока я буду всё это вам рассказывать, парень истечёт на улице кровью!.. Его домашний адрес?! Г-споди, не знаю, и знать не хочу! Он лежит на проезжей части рядом с опрокинувшимся мотоциклом. Посмейте только не быть здесь через пять минут! Вы ответите за его смерть! Всё! Я засекаю время!» Назвав адрес, бросила трубку и выскочила из квартиры, даже не посмотрев в сторону проснувшихся от её крика и вышедших в коридор сонных родителей.
«Скорая помощь» приехала одновременно с милицией. Илью аккуратно переложили на носилки, погрузили внутрь. Машина, включив сирену, тронулась с места, а Ирина, как единственный свидетель, поехала в милицию давать показания.
