— Послушай, Куинн! — возразила Саманта. — Но ведь если Орсини и вправду ничего тебе не сказал, то, значит, дело гиблое. Ты сам так считал. Зачем же делать вид, будто тебе что-то известно?
Куинн рассказал ей о Петросяне. Армянский гроссмейстер, даже в безнадежной позиции, умел заставить соперника поверить в то, что готовит сокрушительный удар, и тем самым вынудить его к ошибке.
— Я думаю, письмо побудит заговорщиков, кто бы они ни были, всплыть на поверхность. Я написал, что не стану больше искать способа с тобой связаться. Однако, если полиция меня не обнаружит, ты для них — единственное связующее звено. С каждым днем их должно охватывать все большее смятение. Смотри, будь начеку! Жди моего звонка по одному из этих телефонов каждый второй день, ровно в полночь.
Новость пришла через шесть дней.
— Куинн, тебе известен некий Дэвид Вайнтрауб?
— Конечно.
— Он ведь из ЦРУ, верно?
— Ну да, он заместитель директора по оперативной части. А почему ты спрашиваешь?
— Он хочет со мной встретиться. Срочно. Сказал, случилось что-то неладное. Без тебя ему не разобраться.
— Ты виделась с ним в Лэнгли?
— Нет, он не хочет, чтобы о встрече знали. Мы встретились у автомобиля ЦРУ неподалеку от Приливного Бассейна. Говорили, пока ехали.
— Что именно произошло, он не объяснил?
— Нет. Сказал только, что больше не может никому доверять. Одному тебе. Ему нужно с тобой встретиться. Где, когда — назначай сам. Куинн, ты можешь на него положиться?
Куинн задумался. Если тут замешан и Дэвид Вайнтрауб, тогда и лучшему из людей — грош цена.
— Да, — сказал Куинн. — Я могу на него положиться.
И он назвал место и время встречи.
Саманта Сомервилл прилетела в Монтпилиер регулярным рейсом из Бостона на следующий день вечером. Ее сопровождал Данкан Маккрей: именно через него заместитель директора ЦРУ по оперативной части и передал просьбу о встрече.
В аэропорту они взяли напрокат автомобиль — вездеход «додж-рем» — и переночевали в мотеле по соседству. Памятуя совет Куинна, оба запаслись в Вашингтоне одеждой потеплее.
Заместитель директора задерживался в Лэнгли ввиду важного совещания, на котором обязательно должен был присутствовать. Прибытие его ожидалось утром, незадолго до назначенного Куинном часа.
В 7.00 совершил посадку десятиместный реактивный самолет, принадлежность которого Саманта установить не смогла. Маккрей пояснил, что самолет используется разведывательным управлением для нужд служебной связи. Надпись на фюзеляже — название компании по фрахту — сделана для отвода глаз.
Заместитель директора спустился по трапу с чемоданчиком в руке и сдержанно, но любезно их приветствовал. Одет он был по-зимнему: меховая куртка с капюшоном, стеганые брюки, ботинки на толстой подошве. Не теряя ни минуты, он забрался на заднее сиденье — и «додж» тронулся с места. Машину вел Маккрей. Саманта подсказывала ему дорогу, сверяясь с картой.
По автостраде 2, миновав небольшой городок Ист-Монтпилиер, они выбрались на дорогу к Плэйнфилду. За Плэйнмонтским кладбищем, недалеко от ворот Годдардовского колледжа, река Уинуски круто поворачивает к югу. На участке между дорогой и берегом реки, напоминающим полумесяц, высились могучие деревья, все в снегу. Летом сюда наезжают туристы, и столы для пикников стоят на полянах круглый год. Поблизости — обширная площадка для транспорта. Здесь Куинн и назначил свидание в 8.00 утра.
Саманта увидела его первая, как только «додж» притормозил у обочины. Куинн появился из-за дерева в двадцати ярдах от них. Не дожидаясь, пока ее спутники выберутся из машины, Саманта выскочила навстречу, подбежала к нему и порывисто обняла за шею.
— У тебя все хорошо, детка?
— Отлично. О, Куинн! Слава тебе, Господи, — ты жив и здоров!
Куинн, не отвечая, всматривался в приезжих. Саманта почувствовала, как все мускулы его напряглись.
— Кого ты привезла с собой? — спросил он тихо.
— Ах я, разиня… — Она обернулась к «доджу». — Ты ведь помнишь Данкана Маккрея? Он-то и связал меня с мистером Вайнтраубом.
Маккрей, застенчиво улыбаясь, уже подходил к ним.
— Здравствуйте, мистер Куинн, — робко произнес он.
Держался он, как всегда, почтительно, чуть ли не заискивающе. Однако дуло автоматического «кольта» сорок пятого калибра было нацелено на Куинна с Самантой без малейшей церемонии.
Из боковой дверцы «доджа» выбрался второй пассажир. «Кольт» он вручил Маккрею еще в машине, а сам вооружился извлеченной из чемоданчика складной винтовкой.
— Кто это такой? — спросил Куинн.
— Дэвид Вайнтрауб, — упавшим голосом проговорила Саманта. — Боже мой, Куинн, что же я натворила!
— Дорогая, тебя попросту одурачили.
