— Что за третий случай?
— На позиции стрелковой дивизии вышла колонна трофейной техники, что вёл старшина погранвойск Ласточкин. Им повезло, расставшись с Александровым, они совершили ночной рейд по тылам противника, прошли благополучно брод, сходу сбив заслон и вырвавшись на оперативный простор, подошли к позициям нашей дивизии. К счастью им удалось опознаться, дальше работали особисты дивизии, отправив сообщение нам. Тут тоже повезло, связь была. От них мы получили вот какие сведенья. Александров представился майором спецназа ГРУ и стал лихо командовать бойцами уничтоженного истребительного полка. Более того, встретив их, оно отобрал себе двух добровольцев, и чуть позже сообщил им, что он из будущего, что это его не первый мир и всё остальное, что подтверждало то, что этот тот, кого мы ищем. В колонне, что прорвалась к нашим, были другие техники, от которых они всё это узнали.
— Что было дальше?
— После обеда, они прошли к дороге, там Оракул лично уничтожил мотоциклетный патруль, допросил пленных и на этих мотоциклах с лётчиком и механиком поехал к захваченному аэродрому. Там он уничтожил охрану из тылового подразделения противника в количестве пятнадцати человек и освободил пленных, включая двух лётчиков. Потом механики и лётчики начали готовить самолёты, «Чайки», загружая их боеприпасами и топливом, а остальные, отобрав уцелевшие машины, готовились оставить территорию аэродрома и выдвинуться подальше, где нужно было организовать тайный аэродром. Оракул решил помочь Брестской крепости. Оказывается там, в полном окружении до сих пор держались наши подразделения.
— Держались?
— Похоже, части удалось уйти благодаря помощи Александрова и других лётчиков, — пояснил Берия. — Так вот, четыре «Чайки» взлетели, в кабине одной сидел Оракул и, долетев до Крепости, они атаковали подразделения противника, уничижив три танка, двенадцать пулемётных гнёзд, четыре миномёта, одну пушку и до сотни солдат и командиров противника, но главное, сбросив на парашютах воду и продовольствие, самой острое, в чём нуждались защитники Крепости.
— Да, я читал о героической обороне Крепости в этих письмах, — кивнул Сталин, мельком посмотрев на наркома. Сам Иосиф Виссарионович стоял и курил у окна, внимательно слушая доклад наркома.
