Мотор заглох, так что машина катилась по инерции на нейтральной. Нажав на тормоза, я остановил её. Выключив тумблер зажигания, поставил на скорость и, со стоном потянувшись, открыл дверь, выбравшись из кабины. Машина мне эта нравилась, видно, что первый водитель о ней заботился, поэтому надеялся, что она довезёт меня до Москвы без поломок и других неприятностей. Правда это не освобождает меня обязанности постоянно за ней следить, но я особо не печалился. В кузове был инструмент, в ящике, так что есть чем ремонтировать машину в случае поломки. Лёгкой естественно, запчастей у меня не было.
Сделав лёгкую разминку, разгоняя кровь, я осмотрелся. На дороге было трое путников, похоже беженцы, взрослые мужчины толкали тележку с какими-то узлами, по внешнему виду братья, я их недавно обогнал, а так же в стороне у рощи была группа людей. Человек десять. Потянувшись в кабину, я достал из котомки бинокль и присмотрелся. Оптика приблизила мне картинку, и я с расстояния в километр рассмотрел знакомые лица, рассевшиеся у костра. Кажется, они там что-то пекли, котелка не было, да и так у них его не было. Сбоку под деревьями я рассмотрел воткнутую палку и плащ-палатку натянутую в виде навеса. Да, это была Милена со своими детьми, и её товарищи по несчастью. Все эти женщины жёны командиров РККА служивших в одной части, поэтому они и держались вместе. Были вместе, когда их эвакуировали из военного городка под бомбёжкой, были вместе и когда истребители подстерегли их колонну на дороге и сожгли. Так вместе и шли, восемь женщин и одиннадцать детей от года до двенадцати лет.
— Хм, считайте вам повезло, — хмыкнув, весело сказал я.
Убрав бинокль обратно в котомку, я захлопнул дверцу и искоса посмотрел на мужиков что с хмурым видом проходили мимо. Здоровые, возраст призывной, чаму не в армии?
Когда они прошли мимо я приступил к заправке. Это было сложно одной рукой, всё же правую я берёг, но возможно. Всё было просто, не нужно было бегать с канистрами. Развязав и откинув тент, я забрался в кузов и подошёл к бочкам, что стояли сразу за кабиной, тут же в ряд стояли канистры. После чего взяв прихваченный у старика трёхметровый шланг, сунул между тентом и бортом, у водительской дверцы. Потом покинул кузов и дотянул шланг до горловины бака, открыв последнюю. Дальше понятно, опять вернулся в кузов, открыл бочку и сунул другой конец шланга внутрь. На полметра ушёл, чуть-чуть не хватает.
Снова покинув кузов, задний борт был открыт, я вернулся к баку, и немного подсосав, сунул конец шланга в бак. С гулом туда хлынул бензин, а я стоял и отплевывался. Пока горючее из бочки переливалось в бак, шланг всё-таки коротковат оказался, я достал ту пустую канистру и поставил её у переднего колеса. Когда бак был полон, я сунул шланг в канистру, и пока та заполнялась, закрыл крышку бака и поднялся в кузов, вытащив другой конец, после чего закрыл бочку. Канистра залилась на две трети, но я даже капли не хотел терять. Убрав всё в кузов, я проверил масло, уровень был на нижней отметке и, вздохнув, полез за канистрой. Нужно долить. Так же проверил и остальное. Машина новая, всё было в норме. Закрыв задний борт и тент, я взял с пола кабины ручку кривого стартера, подготовив машину к запуску двигателя, и крутнул ручку. С третьего раза движок всё-таки схватился и затарахтел на малом газу.
Вернувшись в кабину и привычно положив ручку на пол, я стронул машину с места и в уже сгущающейся темноте поехал дальше, чуть позже включив фары. А когда доехал до беженцев свернул к ним, и на первой скорости, очень медленно, переваливаясь по никогда не знавшему плуга полю, направился к их лагерю.
Те меня уже ждали и с интересом смотрели как я, развернув машину, предварительно осветив опушку фарами, загоняю «полуторку» под деревья. Заглушив двигатель, я покинул машину и направился к женщинам и прячущимся за них детям.
— Доброй ночи, — весело поздоровался я. — Гостей не ждали?
— Артур? — неуверенно опознала меня Милена.
— Он самый, — также весело ответил я, поглаживая по голове подбежавшую и прижавшуюся ко мне её шестилетнюю дочурку. Та меня тоже узнала. — Значит так, у меня есть машина. Завтра с утра едем на Москву. Куда вам нужно мне не интересно, я еду на Москву кто хочет, может ехать со мной. Продовольствие и горючее на весь путь тоже имеется.
— Машина угнана? — прямо спросила один из женщин. Не уверен, но вроде жена майора, командира штаба стрелковой дивизии.
— Отбита у бандитов. Те убили водителя и сопровождающего, а я отобрал у них. Такой ответ вас устраивает?
— Но нужно сдать её милиции.
— Ясно, — констатировал я. — Вы идёте пешком. У кого ещё вопросы есть и не жалко детей?
