<p>Dark JoKeR</p><p>Постапокалиптические будни. Пилот</p><p>Дисклеймер</p>Данное произведение является больным вымыслом автора и совершенно точно не несёт цели никого оскорбить своими жалкими потугами претендовать на литературность. По крайней мере, местами. Убедительная просьба отнестись к сему шедевру с юмором, как к играм из серии Borderlands, атмосферой которых и был навеян мир этой трэшовой фантазии. Приятного чтения.
P. S.: Как сказала мне моя подруга, данный концепт побольше подойдёт для серии комиксов или графических новелл. Этот только пилотная часть, идей по ней ещё полно, так что если найдутся желающие художники – можно будет объединить усилия :)
<p>Е#!@й понедельник. Снова</p>.
9:45 а.m.
Она несётся как сумасшедшая по чёрной мёртвой земле, развивая скорость, превосходящую все мыслимые и немыслимые пределы. Колёсики роликов уже не первый и даже не во второй раз высекают огненные снопы искр в тех местах, где валяются ржавые металлические листы, служившие жалкой заменой асфальта. Но нужно ещё быстрее. Тварины прут изо всех щелей, обступая Паппи, беря его в чёртово кольцо без шанса выбраться. Он оказывает им достойный яростный отпор, умело размахивая Кручу-Верчу – любимой стальной битой, артефактом из прошлого, найденной на свалке в секторе h1aM, однако одного только этого недостаточно. Особенно против насекомоподобных тварин с крепкими хитиновыми панцирями, на которые вдобавок жирнючим слоем налипла ссохшаяся отверделая грязища, делая их капец какими непрошибаемыми. Но, если честно, всё это хрень собачья. Как раз для такого случая в её термокоробе припрятан высокочастотный эхонатор, выменянный у одного жмотливого солдафона на весь скопленный за день запас протоплазмы, который должен поджарить насекомьи мозги в кашу. Нужно только подобраться чуток ближе…
– Заждались, сучки! – лихо прокатившись по изогнутой спине сколопендромуха, победно кричит она и, оттолкнувшись от его отвратной лупоглазой мушиной башки, на лету расстёгивает короб, готовясь провести финальный бом. Однако даже после идеального приземления на свои две, сотни тысяч раз отработанного в хабе под злобное зыркание вечно всем недовольного куратора, и, следовательно, ни разу не повредившего эхонатор, этот сучий прибор всё равно не хочет включаться. – Ну же, работай, сучка!
– Шоколадка! – в полуметре впереди отчаянно вскрикивает Паппи. – В сторону! – и через мгновение его руки с силой отталкивают её, гневно наяривающую кулаком по долбанной жестянке, вбок, практически под ноги моржовой сороконожки, а в следующую секунду на него с ужасным лязгающим визгом отрыгивает кислотную пузырящуюся блевотину мерзкая, сильно покоцанная местами пенница с десятью паучьими лапами, из которых четыре свисают гниющими обрубками с мохнатого брюха…
