- Нечего делайт, - лениво согласился немецкий эмигрант Том Гриффер, покручивая никелированным тесаком перед носом Боба. - Я его бить так! кусок мороженной туши развалился надвое. - Так! - сверкнув в воздухе, тесак вонзился в огромную деревянную плаху - гордость мясной лавки Гриффера.
- Черт их знает, этих баб, Том. Что твоя Элен нашла в Смарде?
- Она реветь. Говорить - она не виноват. А как есть твой Люси, Боб?
Боб Брикстон, фармацевт, щуплый, низкорослый, с подвижной, как у воробья, головкой, заскрипел зубами:
- Я - не я, если не проучу его на всю жизнь!
- О, да! Проучайт! - закивал Том.
- Твою руку, май френд! - Боб картинно протянул маленькую ладонь свирепому мяснику и застонал от боли, ощутив его рукопожатие.
- Яволь, яволь! Прекрати, май френд, я тебе не мясная туша, - Боб вырвал свои посиневшие костяшки.
- Слов - есть мало, дело - есть много, - мясник открыл свой "дипломат" и принялся складывать туда далеко не безобидные предметы.
Закончив сборы, он вопросительно посмотрел на Боба:
- Я хотел покупать один грос букет. Не много денег. Кусается.
- Чего, чего? - не понял фармацевт.
Взяв карандаш, Том изобразил требуемый букет.
- Ну, ты молодчина, Том, - изумился Боб. - Через час букет будет у тебя.
При всей пикантности, любовные утехи приносили Смарду не одни только радости. Во время постельных развлечений его начали посещать навязчивые и устрашающие видения. Возможно, это была расплата за удовольствие.
Ему все время казалось, что за резной спинкой кровати, в ногах, стоит нечто жутковатое, пристально наблюдавшее за половым актом. Голыми пятками Габ чувствовал его холодное дыхание. Он понимал, что это глупости, и все же не смел посмотреть назад.
Впрочем, за удовольствие надо платить. Габриэль попытался переключиться на более приятные размышления. Лениво развалившись на "кровати любви", Смард принялся смаковать совсем еще свежие воспоминания. А их было немало - бархатистая кожа Люси, пухлые губки Элен... Сколько их уже перебывало на этой постели? А сколько еще будет!
Осторожный звонок прервал эротические размышления рок-музыканта. Накинув халат, он вышел в прихожую:
- Кто здесь?
- К господину Смарду по вопросу ангажемента в джаз-клубе.
Габ посмотрел в глазок. На площадке стоял приличный господин в цилиндре и белом шарфе - черт подери! - да еще с букетом!
Забыв об обычной осторожности, Смард открыл дверь и отшатнулся - за господином стоял мрачно улыбающийся мясник Том! А в господине Смард узнал ненавистного фармацевта!
В следующую секунду растерявшийся Смард, не успев даже пикнуть, оказался на своей драгоценной кровати. Он лежал на животе, притиснутый к постели взгромоздившимся на него мясником.
- Ребята, вы шутите?! - надеясь на лучшее, спросил музыкант.
- Мы хотеть больно гладить твой попка, - пояснил Том.
Фармацевт задрал махровый халат Габа намного выше спины и развернул огромный бумажный кулек. "Букет" оказался роскошной кладбищенской крапивой. Смакуя удовольствие, Боб не спеша одел белые перчатки, переглянулся с Томом.
- Айн! Цвай! Драй! - довольно закивал Том.
- Остановитесь, вы, кретины! - взмолился Габ.
Не слушая его, Боб поднял "веник" и что есть силы хлестнул по музыкальному заду Смарда. Бедняге показалось, что он голяком уселся на горячую сковороду!
- Айн! - проникновенно улыбнулся мясник. - Береги свой попка, сынок.
- Ой, мама, - упавший духом Габ, видя, как крапива снова поднимается над тем же местом, испытал страстное желание натянуть штаны.
- Цвай! - счастливым хором гаркнули экзекуторы и, обожженный крапивой Смард, как добрый конь, подскочил вместе с сидящим на нем мясником.
- Теперь ты будешь лежать на спинка, как мой Элен. Ты понимать? - Том перевернул Габриэля лицом вверх.
- Сейчас он поймет, май френд, - фармацевт поплевал на веник. - За Элен, за Люси, за всех, всех, всех!
Грозно сверкнув очами, он ожег крапивой ненавистного соперника.
- Проклятые рогоносцы! - взвыл несчастный донжуан.
- Что он есть сказать? - переспросил Том.
- Май френд, он сказал такую пакость, такую пакость... Но ничего, сейчас получит успокоительное.
Из принесенной фляги фармацевт влил в рот Габриэля лошадиную дозу слабительного...
- До скорой встречи, сэр, - вежливо поклонился на прощание Боб.
- Мы будем приходить еще, делать больно твой попка, - пообещал мясник.
Такого унижения Габриэль Смард не мог себе даже представить.
Большую часть вечера он вынужденно провел в туалете, размышляя о том, каким верным оказалось пророчество полицейского и каким образом обезопасить себя в дальнейшем.
