В ресторане убит криминальный авторитет. Вторым выстрелом в начавшейся суматохе снайпер убил еще и случайную прохожую, адвоката Галину Родионову. Второе убийство выглядит как несчастный случай. Но полковник МВД Гуров уверен, что основной целью киллера была именно женщина. Проверка возможных недоброжелателей адвоката Родионовой ничего не дала. Не оказалось потенциальных врагов и среди ее знакомых. Гуров отметает одну версию за другой, пока не узнает об одной странности, объединявшей убитую с ее родной сестрой…
Геннадий Травкин вышел на перекресток лесных просек, остановился и глубоко вдохнул осенний воздух, пахнущий палой листвой. Ух как хорошо! До чего же замечательно, что теперь он на пенсии. Это означает, что не надо никуда спешить, никакое дело над душой не висит. Можно все делать в свое удовольствие.
Вот выпал ясный денек, подходящий для сбора грибов, – пожалуйста, можешь взять корзинку и отправиться в лес, искать дары природы. Геннадий Ильич это занятие очень любил, сбор грибов был его страстью. Но раньше, пока работал, у него до этого дела руки доходили крайне редко. В будни он целыми днями баранку крутил, иногда до позднего вечера в рейсах задерживался. В выходные, если в теплую пору, жена доставала. Мол, поехали на дачу! Сажать, копать, чинить забор пора! Так до самых снегопадов.
Только теперь наконец-то можно пожить в свое удовольствие. Вот, всего часок прогулялся по Сосновой Гриве, а уже десяток маслят да вдвое больше рядовок собрал.
«Хочется еще найти, но куда же направиться? – подумал Геннадий Ильич и огляделся. – Можно пойти налево. Но эта дорожка вскоре выведет меня к поселку с аккуратными домиками, клумбами, магазином, расположенным в конце улицы. Нет, туда я пойду в самом конце прогулки, когда корзина будет полна грибов, и сяду на автобус».
Можно было пойти прямо. Там густо стояли молодые сосны. Под ними Травкин в прежние посещения леса не раз находил очень даже неплохой урожай маслят.
Но он знал, что эта дорожка метров через двести круто спускалась в овраг, а потом так же поднималась из него. Геннадий Ильич с некоторых пор этого не любил. Все из-за сердца, которое постоянно пошаливало, а иной раз болело невыносимо. Да и ноги уже не так резво одолевали крутизну.
Поэтому Геннадий Травкин решил пойти направо. Здесь сосновый лес сменялся лиственным. В березах, дубах и осинах маслята вряд ли найдешь, зато тут могут встретиться поздние поддубники, те же рядовки или еще какие грибы.
Геннадий Ильич пошел направо и вскоре свернул с дорожки в лес. Какой смысл по тропкам ходить? Тут вон сколько всякого народа шастает. Вот и сейчас спереди женщина с такой же корзинкой идет, сзади компания, по виду – спортсмены. Нет, надо в сторону принять.
Травкин сделал это, тут же увидел пару зонтиков и подобрал их. Он прошел еще несколько метров и вдруг заметил за большой осиной что-то необычное. Что это там белеет?
Пенсионер обогнул дерево и остановился как вкопанный. На земле ничком лежал человек. Это был мужчина в спортивном костюме и белых кроссовках. Их-то и увидел Травкин еще издалека.
Ему показалось, что человек этот просто прилег, решил отдохнуть на осенних листьях. Но Геннадий Ильич сделал еще шаг вперед и увидел, что затылок мужчины окрашен в красный цвет.
«Да у него вся голова разбита!» – мелькнуло в мозгу грибника.
Кровь была не только на голове, но и на куртке, и на листьях рядом с телом. Ее было очень много. Это привело пенсионера Травкина к предельно ясной мысли.
«Он убит! – заключил Геннадий Ильич. – Это как пить дать! Надо бежать отсюда поскорее, прямо сейчас! А то припутают меня к этому делу, потом не отмоешься».
Он уже было повернулся, чтобы уходить, но тут услышал, как сравнительно недалеко хрустнула ветка. Травкин поднял глаза и увидел ту самую женщину с корзинкой.
«Тоже, значит, в эту сторону направилась, решила топтать ту же поляну, что и я. Вот есть же такие вредные люди, которые всегда норовят у тебя добычу из-под носа ухватить! И как теперь сбежать? А если эта мымра найдет покойника и поднимет крик на весь лес? Потом в полиции скажет, что видела меня возле тела. Вот тут уж я точно пропаду! Значит, нужно первому подать сигнал тревоги. Может, еще и обойдется», – рассудил пенсионер.
Геннадий Ильич набрал в грудь побольше воздуха и крикнул:
– Женщина, можно вас попросить сюда подойти! Тут что-то такое странное.
