Никто не мог предсказать, сколько кель'дорай смогут продержаться под натиском орд восставших мертвецов, но командование Богара решило, что каким бы не было это время, им стоит воспользоваться с пользой и пока основные силы нежити были заняты Кель-Таласом, воины Алого Ордена занимались планомерной зачисткой тех районов Лордерона, куда ранее они не могли сунуться из-за подавляющего численного перевеса Плети.
Оставшейся в разоренной земле нежити было просто недостаточно, чтобы защитить ту огромную территорию, которую Артас захватил во время своего похода, а потому почти каждая атака служителей Света была успешной. Но вместе с тем, у такого подхода была и обратная сторона — Бастион Алого Ордена, ранее бывший цитаделью и сердцем ордена Серебряной Длани, а ныне ставший прибежищем для товарищей Богара, практически опустел.
Сайдан Датрохан, верховный рыцарь Алого Ордена, несколько дней назад покинул цитадель и возглавив отряд воинов Света, отправился в рейд по территории врага, с целью перехватить караван с пленниками, которых полководцы нежити после первого поражения своей мертвой армии в Кель-Таласе, стали перебрасывать ближе к границе.
Дело это было крайне благородное, но вместе с тем и крайне рискованное — после того, как Сайдан покинул Бастион, заполонившая Стратхольм нежить увидела, что защита цитадели Алого Ордена ослабла и попыталась выбить служителей Света из города. И хотя атака восставших покойников была отбита, заместитель верховного рыцаря, которому Датрохан передал командование на время своего отсутствия, был убит.
И с одной стороны, в такой ситуации покидать Бастион, да еще и с отрядом воинов, было крайне опасно, ведь защита крепости в таком случае ослаблялась еще сильнее.
Но дело было в том, что нежить Стратхольма в последней атаке также понесла серьезные потери и в данный момент между восставшими мертвецами и служителями Света возник своеобразный паритет — ни одна из сторон не могла перейти в атаку, потому как четкой уверенности в победе не было ни у воинов Алого Ордена, ни у некромантов Плети. Иными словами: все удерживали занимаемые позиции и ждали подхода подкреплений.
И если Богару удастся договориться с седым громилой, то можно будет попытаться отбить Стратхольм у нежити, что станет поворотной вехой в войне с Плетью.
— А вы пунктуальны, капеллан. Это не может не радовать.
Когда отряд прибыл на место — их уже ждали.
И при виде огромной фигуры, с ног до головы закованных в массивные и тяжелые даже на вид черные латы, руки бойцов Алого Ордена сами собой потянулись к рукоятям клинков, но выскочившая откуда-то сбоку юная жрица моментально приковала к себе общее внимание и помахав рукой, отвлекла людей от жуткого громилы, в руках которого находилась здоровенная коса, с покрытым рунами лезвием.
— Да пребудет с вами благословение Света, капеллан Богар! — Вайтмейн буквально лучилась довольством и на её лице играла широкая улыбка. — Вы даже не представляете, как я рада видеть знакомые лица после постоянного наблюдения за этими мерзкими остроухими!
— И я рад тебя видеть, юная жрица… — Осторожно ответил ей капеллан, который, в отличие от остального отряда, по-прежнему оставался в напряжении из-за темной ауры, что витала вокруг Мадаава. Рослый колдун и раньше отдавал "запахом" темной силы, но теперь она стала куда более концентрированной и определенной. Если ранее Грегора можно было принять за увлеченного магией смерти колдуна, что некоторое время пытался постичь нечестивое искусство, то теперь вердикт Богара был однозначен — седовласый чародей являлся некромантом. Причем крайне могущественным и опытным. — Правда, не могу сказать того же о твоем спутнике. Я даже отсюда чувствую тот мрак, что пустил корни в его сердце…
— Давайте обойдемся без пустых обвинений и перейдем к тому, зачем я вас сюда позвал. Из-за присутствия крылатых тварей, у нас есть не так много времени на диалог. — Сняв с головы жутковато выглядящий шлем и небрежным жестом вырастив из земли несколько каменных кресел, Грегор указал на них бывшему паладину и после некоторых раздумий, Богар принял приглашения колдуна.
Капеллан прекрасно представлял себе силу Мадаава, а потому бросаться в самоубийственную атаку, как поступили бы многие его боевые товарищи, он не собирался. Но не потому, что боялся гибели, а потому, что понимал, какие у этого поступка будут последствия и сколько людей может погибнуть от одного необдуманного решения.
— Пожалуй, начнем с наиболее волнующего вас вопроса. — Усевшись напротив бывшего паладина, облаченный в металл чародей воткнул косу в землю рядом с собой. — Во время нашей прошлой беседы я скрыл от вас одну немаловажную информацию, но сейчас в этих тайнах уже нет смысла. Как вы уже поняли, я являюсь некромантом.
После этих слов мечи большей части бойцов Алого Ордена моментально покинули ножны, но капеллан жестом приказал своей свите оставаться на месте и вопросительно посмотрел на сидящего напротив колдуна, что никак не отреагировал на выставленное в его сторону оружие.
