Не теряя своего хладнокровия, Повелитель Ужаса развеял заклятие невидимого глаза и еще раз вспомнив в деталях карту лагеря, начал водить своими когтями в воздухе, оставляя небольшой след энергии Скверны. Пару минут демонического колдовства и молодой высший эльф, что сидя в своей палатке чистил лежащий на коленях клинок, думая о том, что сегодня будет на ужин — полностью потерял свою волю и замер недвижимой марионеткой, которую периодически потряхивало от проникающей в тело магии.
Возможно, если бы эльфийские следопыты селились в своих жилищах по несколько бойцов, то кто-нибудь мог бы заметить странное поведение своего товарища и доложить о нем начальству, но даже находясь в тяжелом состоянии, эльфы оставались страшными индивидуалистами и старались жить по отдельности.
Поэтому никто не заметил, как демон взял тело остроухого воина под свой полный контроль и коснувшись разума своей жертвы, выудил из него модель поведения, которой эльф придерживался. Для полного копирования чужой личности у Детерока было слишком мало времени, поэтому эмиссар Пылающего Легиона пошел на риск и ограничился лишь самыми поверхностными знаниями.
Все равно его марионетка была одноразовой и после окончания действия заклинания должна была погибнуть или превратиться в овощ.
Вернув клинок в ножны, тело кель'дорая повесило их себе на пояс и выбравшись из палатки, быстрым шагом направилось в сторону тюремных казематов. Огибая спешаших по своим делам солдат, котнтролируемый натрезимом боец довольно быстро добрался до нужного места, не вызвав при этом никакого подозрения — по приказу Ветрокрылой армия приходила в полную боевую готовность и спешащий по делам боец выглядел совершенно естественно.
— Бал'а даш Бан'динориэль. (Приветствую вас, стражники) — Коротко поклонился натрезим паре стражников, что перегородили ему путь скрещенными копьями. — Немедленно сопроводите меня в камеру к жрице Света, которую недавно привели наши сородичи.
— Бал'а даш кель'дорай. (Упрощенно — Приветствуем сородича.) — Кивнули в ответ стражники эльфийской тюрьмы, даже не думая отступать или убирать свои копья. — По какой причине ты хочешь посетить эту изменницу и почему мы должны тебя слушать?
— Нашу столица находится под ударом и госпожа Сильвана беспокоиться о том, что наш враг устроил своей сподвижнице побег. Перед своим уходом генерал попросила меня проверить, не подменили ли служительницу Алого Ордена на фальшивку и еще раз убедиться в безопасности нашей тюрьмы. Нельзя позволить этой девушке сбежать…
Пара охранников молча переглянулась, а затем один из них пожал плечами и полез за ключами, что отпирали дверь, за которыми была ведущая в тюремные казематы лестница.
По правилам стражники без получения нужного документа могли посылать такого "посланца" на все четыре стороны, но предводительница следопытов Луносвета славилась тем, что не сильно жаловала бюрократию и по возможности старалась обходиться без бумажной волокиты. Поэтому отдать подобное приказание было вполне в её духе. Да и не укрепилась еще в головах у кель'дорай мысль, что их сородич может оказаться предателем.
Отперев камеру, один из стражников остался стоять у входа, а второй отправился вниз вместе с контролируемым Детероком бойцом. Охраны вокруг здания, в котором находилась тюрьма, было не слишком много — примерно два-три десятка, но стояли они в основном по периметру и следили в первую очередь за тем, чтобы внутрь никто не проник незамеченным. Больше стражников было и не нужно, ведь казематы находились чуть ли не в центре лагеря и в роли защитников при необходимости выступала вся эльфийская армия.
— Вот тут мы её и держим. — Пройдя мимо ряда крепких металлических дверей, охранник остановился рядом с одной из камер. — Стены покрыты подавляющими магию рунами, а сама предательница Света закована в кандалы-подавители. Колдовать она не может, сбежать через толщу камня тоже. Будете заходить внутрь?
— Да, но… Пожалуй, без тебя. — Выхватив клинок из ножен, натрезим резким ударом лишил стражника головы. — Не хочу делать это при посторонних.
Нашарив на поясе трупа ключи, контролирующий тело демон открыл ведущую в камеру дверь и увидел седовласую девушку, что взяв в руки единственное, что было в камере, а именно — небольшую деревянную тарелку, в которой ей приносили пищу, приготовилась давать отпор вторженцу.
— Грозное оружие. Я боюсь его до дрожи в коленях…
— Тебе не провести меня, демон! Я даже сквозь дверь почувствовала ту вонь, которую ты источаешь!
— В таком случае не будем затягивать. — Отбив в сторону посуду, что метнула в него фанатичная жрица, марионетка Детерока сделала шаг к девушке и лезвие клинка по рукоятку вошло ей в живот, заставив Вайтмейн судорожно вздохнуть. Но само-собой, на этом эмиссар Пылающего Легиона не остановился — вытащив меч из тела служительницы Алого Ордена, он вновь пронзил её тело, но на этот раз уже в районе сердца, после чего с размаху ударил по шее жрицы и её отрубленная голова покатилась по каменному полу. — Вот, собственно, и все. Теперь осталось лишь завершить это представление…
