— Мерзкое создание! — Мощный удар копытом подбросил краснокожего воителя в воздух, а последующий за этим лягаяющий пинок отправил свирепого громилу в полет по широкой дуге. — Я сокрушал ваш вид в прошлом, сокрушу и теперь!
В следующий миг в круп хранителя лесов воткнулось короткое копье — пользуясь тем, что от свиты Кенариуса остались лишь жалкие крохи, несколько орков подобрались к нему поближе и начали закидывать полубога… Тем, что попадалось им под руку. В ход шло все — от копий и топоров павших приспешников до отрубленных частей тел ночных эльфиек.
— Вам не победить меня, ибо я — сердце этой земли! И сейчас вы познаете на себе весь её гнев! — Яростно взревев, Кенариус взмахнул своей деревянной лапой и от него пошла гигантская волна извивающихся корней, которая смела рвущихся в атаку орков и привязала их к земле. Обвив тела оскверненных дикарей плотными коконами, змеевидные отростки начали с огромной скоростью прорастать прямо в них, превращая краснокожих воинов в жуткие подобия то ли деревьев, то ли кустов. — Прислужники демонов, вас всех ждет здесь лишь смерть!
Триумф полубога был близок как никогда… И именно он заставил его потерять бдительность.
— Лок’Тар огар! — Топор орочьего вождя вновь пропел свою кровожадную песню и вонзился покровителю друидов между лопаток, заставив Кенариуса закричать от боли, а запрыгнувший на круп полуголый громила с торжествующим ревом воздел свое оружие к небесам Калимдора и обрушил его на шею хранителя лесов. — Тупое животное! Тебе нас не остановить!
Удар следовал за ударом и кровь потомка Элуны летела во все стороны под громогласный хохот кровожадного дикаря, а пока орочий предводитель убивал потомка Элуны, его воины расправлялись с остатками свиты кентавра.
Вскоре все было кончено.
— Я говорил вам, что не бывает непобедимых! И жалкий полубожок остроухих пал под Кровавым Воем! — Поставив ногу на бездыханное тело полубога, обратился к выжившим приспешникам демонов их свирепый вождь, воздев свой окровавленный топор к небесам. — Клан Песни Войны победил! И так будет всегда!
Оглушительный рев десятков орочих глоток пронесся над кронам деревьев Ашенваля…
***
— Верховная Жрица! Верховная Жрица!
В покои Тиренд, расположенные в храме её богини, ворвалась одна из младших служительниц Элуны.
— Верховная Жрица, прибыло срочное донесение с южных границ Ашенвальских лесов! Помните дикарей, про которых сообщал Круг Кенария?! Они… — Сглотнув подступивший к горлу комок, ночная эльфийка пусть и с трудом, но все же закончила начатое предложение. — Они убили Хранителя Лесов.
Какое-то время сидящая на резной скамье Шелест Ветра ничего не говорила и просто пыталась осознать сказанное, но потом просто махнула рукой.
— Я тебя услышала. А теперь оставь меня…
Лишь дождавшись, пока она окажется в одиночестве, Тиренд позволила себе тихо всхлипнуть и пустить по щеке одинокую слезу.
Хотя возлюбленная Малфуриона и не была друидом, она все равно глубоко почитала любимого сына Элуны и гибель Кенариуса стала для неё не только шоком, но и тяжелым ударом.
Но будучи Верховной Жрицей, она не могла позволить себе демонстрировать слабость на публике — в это тяжелое для кал’дорай время, вся надежда ночных эльфов была возложена на Тиренд, которой предстоял тяжелый выбор…
Утерев слезу тыльной стороной ладони, Шелест Ветра взяла в руки свиток, который она изучала до прихода младшей служительницы и вчиталась в написанные на нем строки.
Это было послание от некой Джайны Праудмур — предводительницы молодого народа людей, что прибыли на Калимдор некоторое время назад и осели на его восточном побережье. В письме говорилось, что один из предводителей Пылающего Легиона вновь пришел в их мир и что прямо сейчас приспешники Саргераса собирают огромную армию демонов, дабы с её помощью пробиться к находящемуся на вершине горы Хиджал Мировому Древу.
А возглавлять это войско будет никто иной, как Архимонд Осквернитель и дабы отразить общую для всех угрозу Праудмур предлагала кал’дорай объединиться против Пылающего Легиона.
Но хотя слова эти походили на правду, разум Тиренд терзали сомнения.
Ночные эльфы никогда не пускали чужаков в свою обитель, а для пришествия демонов на Азерот нужен был магический источник огромной силы, наподобие скрытого в корнях Нордрассила Источника Вечности. И предложение народа людей могло быть лишь уловкой, целью которой было добраться до вершины горы Хиджал.
В конце-концов, самих демонов ночные эльфы еще не видели — лишь оскверненных ими чужаков, называвших себя орками, которые хоть и убили Кенария, но все же слабо походили на полноценную армию вторжения, просто потому, что их было до смешного мало.
Да и не могла Шелест Ветра принять такое важное решение в одиночку: она была Верховной Жрицей богини Элуны, а не Верховной Королевой, навроде предавшей свой народ Азшары и дабы кал’дорай согласились на союз с чужаками, ей требовалось как минимум согласие Круга Друидов и Стражей — двух других столпов силы бессмертного народа.
