Также радует, что сопротивление есть по всей территории домена, но это ненадолго. Войско Арду Кнагрока постепенно увеличивается, и в скором времени ему уже будет практически невозможно противостоять.
— Это так, и для того, чтобы знать планы врага наверняка, нужно узнать больше о возможностях тварей. Для этого захватим одного их кровососов, — сказал я.
— Как? Редко, когда ветерана первого ранга удавалось в плен захватить, а тут противник, возможности которого мы не знаем, — уточнил Зигфрид.
— Арахниды умеют плеваться паутиной, десяток-другой натравлю, они его и скрутят. А там уже доставим к нам в замок и допросим как надо, — пояснил я. — Кстати, когда возвращается вампир, который сопровождает телеги с кровью? И точное место консервирования удалось узнать?
— Где находятся бойни можно понять даже по запаху, так что, где они, мы знаем наверняка. А что ты хочешь сделать?
— Яд Арахнидов, — сказал я. Спустя несколько секунд, на лицах собравшихся начали разрастаться демонические оскалы.
Два дня спустя. Замок Беком
— Стой спокойно и не дергайся, — сказал своему коллеге бывший дружинник, а сейчас обращенный низший вампир.
— Кург! Дай крови! — ответил ему его более молодой коллега, которого уже довольно сильно начала мучать жажда.
— Тавр, у тебя есть своя, ничем не отличимая от моей! — тихонько рявкнул прозванный Кургом.
Тавр демонстративно скривился, явив свои немного увеличенные, но заметно больше, чем у обычного человека, клыки.
— Нам еще всю ночь стоять! Давай по кварте наберём, чан за стеной же полон! — проскулил юный Тавр.
— Кровь из чана завтра разольют по сосудам и отправят! Господин узнает — душу выймет! — нахмурившись, начал разъяснять Кург.
Сказать сказал, но его и самого довольно-таки сильно мучала жажда, и он сам не отказался бы сделать несколько глотков чистой кровушки, которая с недавнего времени для него стала сродни божественной амброзии.
— Полкварты, давай наберём полкварты. Я сделаю всего два глотка, а остальное выпьешь уже ты! Ну не могу я больше лакать воду, ты же знаешь, я проштрафился и мне вместо трети добавили одну пятую! Мы же родня, Кург, у нас же бабки сёстры! Удружи разок! — но видя, что старший дружинник не поддаётся, решил подсластить. — Как только меня вновь в ловчую бригаду определят, обещаю тебе сочную бабу привезти! Ты же вечно за чанами глядишь, наверно, и не пробовал ещё, какова юная девичья кровь на вкус!
— Не ври мне, Тавр! Не в твоей власти живыми юными девами распоряжаться!
— Ну живой, да, но на ловле всё может быть. Скажу, что на вилы упала и закололась, и наберу тебе кровушки сполна. Поверь, не обижу! — юный кровосос Тавр замолчал, видя по задумчивому лицу Курга, что тот почти созрел, чтобы дать согласие. — Полкварты, Кург, полкварты, большая часть которой пойдёт тебе. Ты давно тут, я знаю, что ключи от этих дверей тебе уже доверили!
— Потому-то и доверили, ибо служу чинно! А ты девок ценных портишь, за что и наказан вечно!
— Ага, вот только не я один портил в тот раз девок. Старший ловчий не отставал, я его не сдал главному, и он про должок за собой знает! Так что разок он глаза-то и отведёт! Не ломайся, Кург, поверь, я тебя потом не обижу! — натянув лисью улыбку, сказал Тавр.
Была бы воля у того, кто был в детстве назван Тавром, он бы никогда не стал кровососущей мерзкой тварью. Лишь страх перед господином стал с недавнего времени тем, что не давало недалекому дружиннику пуститься во все тяжкие. Но жажда крови с каждым днём всё усиливалась, постепенно подтачивая те полторы извилины, наполняющие его голову. Тиски подчиненного раболепия начали разжиматься, а тут еще Тавр с обещанием достать крови девичьей и столь желанной, от мыслей о которой у Тавра даже привстал.
Глянув на Тавра, Кург отошел от двери и с опаской посмотрел в обе стороны, чтобы разузнать, не идёт ли кто. Убедившись, что всё спокойно, вернулся к двери и, стараясь не издавать лишнего шума, очень аккуратно вставил ключ в замок, затем медленно начал приоткрывать дверь.
В это время два Арахнида, ведомых волей Руха, недвижимо застыли на потолке, специально созданных из не домовых не ядовитых пауков, а из лесных, маленьких, но смертельно опасных, вследствие чего яд у тех стал еще сильнее, сорвались с места и бесшумно пробрались в комнату.
Удача от Тавра и Курга отвернулась уже вначале их замысла. Если поначалу дверь открываясь не скрипела, то как только Кург постарался её открыть до минимально необходимой щели, позволяющей протиснуться в комнату, мерзкий скрип разнёсся по коридору. В полнейшей тишине дверной скрип был, в понимании воинов, печальным концом их бытия.
Низшие вампиры, скривившись и зажмурившись от страха, застыли на месте, врастая в землю. И когда они было подумали, что пронесло, и скрип от дверей никто не услышал, за их спинами раздался слащавый, но отдающий могильным холодом голос:
—Так-так-так, господа, — произнес высокий, статный черноволосый мужчина, кровавое свечение глаз которого осветило полную мрака комнату и практический довело до смертельного ступора стражу.