— Достаточно! — прозвучал громогласный голос Демиоса, сопровождаемый немного придавившей всех собравшихся аурой убийства. — Мы увидели достаточно, — повторил он, а стоящие возле него два полковника, тоже в возрасте за сто, серьёзно закивав, подтвердили слова своего командира. — Лекаря ему, быстро!
Но и без приказа уже два мужичка подбежали к баронету, в спешке начав того лечить. Всё-таки его нога в данный момент висела на соплях, и без своевременного вмешательства он реально мог её потерять.
«Молодец!» — сказал я Крысюку. Тот в ответ кивнул мне и, выкинув в сторону камень, пошёл к Чарду.
Оба целителя при виде приближающейся крысы ощутимо напряглись, но когда тот, подойдя к Чарду, поднял уже изъятый из колена кинжал, развернулся и начал идти к своим, расслабившись.
Но стоило Скавену отойти на полтора метра, как все услышали крик ненависти:
— Сдохни, тварь! — в злобе, не смирившись с поражением, закричал Чард Сикир. При этом кинув в Крысюка уже свой кинжал.
Холодным оружием воин орудовал не слабее, чем мечом. Кинжал, догнав Скавена, моментально достиг лопатки Крысюка, войдя тому в спину по рукоять, вот только и Скавен, что-то почувствовав, кинул в Чарда уже свой кинжал.
Не знаю, что он таким образом собирался сделать: или в полёте отбить несущийся на него кинжал, или это была уже контратака, но это и не важно.
Кинжал Скавена, не отставая по скорости, достиг еще не успевшего закрыть рот Чарда, и словно нож в масло влетел ему туда, остановившись, лишь когда лезвие вышло из затылка воина.
Время остановилось. Я смотрю на Скавена, который не может достать нож из спины, затем я смотрю на округлившиеся глаза генерала. Тут же я замечаю, как искаженное гневом и ненавистью лицо Алана Териннора начинает что-то визжать. А затем краски начинают выцветать, звуки вмиг исчезают. Становится холодно и тоскливо. А перед глазами из неба к земле, разрезая воздух, виднеются алые нити.
Огромное давление ауры убийства отпустило лишь через десяток секунд, за это время половина из собравшихся успели оказаться на коленях, а у многих из устоявших на ногах из носа текли ручейки крови.
В этот раз Демиос Грунток показал свою истинную силу. Глаза мужчины гневно сверкали остаточным белым светом из стороны в сторону. Не найдя ни противников, ни смутьянов, генерал сказал:
— Чард Сикир нарушил условия поединка, атаковав в спину после поражения. Вина в его смерти только на нём. Всем разойтись, завтра утром отправляемся.
— Гене… — раздался рядом голос Алана. Но не успев договорить, у Териннора закатились глаза, а их обеих ноздрей хлынула кровь, и тот упал без сознания.
— Мои команды не обсуждаются! — рявкнул Демиос. — Лекаря ему! А все остальные, разойтись! На рассвете быть готовым, у нас долгий и тяжёлый путь!
Смотря на мёртвое тело Чарда Сигира, я думал. И первой моей мыслью была: «А может, постарается его воскресить?» Нет, я не воспылал жалостью к человеку, который, проиграв, решить ударить в спину. Просто и так неспокойная атмосфера и туманная лояльность Алана Тиринора, держащаяся, как я понял, на соплях, может и вовсе оборваться. Не хватало еще того, чтобы этот зализанный аристократический выродок выкинул чего-то в самый неподходящий момент. Также я думал и про Крысюка, назвать которого решил Скрудж, не знаю почему, но именно такое имя я решил ему дать. Только вот откуда у Скруджа такие навыки? Уж больно технично он отработал — да, был ранен, но всё-таки брошенный наотмашь кинжал полетел с такой скоростью, что не факт, что и я бы смог его отбить. Да, я не бог весть какой воин, но вот только и он ещё несколько часов назад был обычной крысой, а сейчас обрёл навыки, не то чтобы выдающиеся на вполне себе, как для того создания, которое послушало и увидело, несколько демонстраций с кинжалом от Марфы. Да уж, не успел я удивиться кровавому ритуалу, как возникли новые вопросы.
Тем временем остальные Скавены помогли Скруджу вытащить застрявший в лопатке кинжал. Сам процесс изъятия прошёл как-то буднично. Скрудж, не поменявши морду-лица, с полной отстранённостью вытерпел боль и, уже смотря на меня, ожидал дальнейшей команды. Моего вмешательства с применением Исцеления не потребовалось — стоило кинжалу покинуть его мохнатое тело, как рана буквально затянулась на глазах. А про то, что он вообще был ранен, можно было понять лишь по кровавым потёкам алого цвета, по сути, обычной крови, с характерным запахом, присущим всем живым существам.
— Хм, не ожидал я такого. В целом, всё прошло неплохо, да? — встав рядом со мной и покуривая из люльки табак или какую другую траву, сказал Белор.
Посмотрев на него, я не сразу ответил, ибо, честно говоря, был немного другого мнения.
— Первый раз за время создания химер, демонстрация закончилась смертью, — после нескольких секунд, что я рассматривал его задумчивое, но в то же время довольное лицо, ответил.
— А как же Калипсо? — вмешалась в разговор Марфа. — Она тоже сражаясь с Алым древнем, можно сказать, погибла.
