Оборачиваясь назад, я не могу сказать, что поступил не правильно. Да, порой мне приходилось идти по трупам. Да, порой мне приходилось делать ужасные вещи. Но я это делал потому, что это был самый эффективный и действенный метод. Других путей я не выбирал.Но когда все начало разваливаться… Меня сделали крайним.Нет, не потому, что я наследил в этой жизни. Просто это был самый эффективный и действенный метод.
Одетый в легкую композитную броню мужчина остановился перед дверью в камеру.
– Открой, – скомандовал он стоявшему за спиной охраннику.
– Мой господин, вы, конечно, паладин, но распоряжение инквизитора касается всех. В эту камеру запрещено заходить, и я не…
– Открой эту дверь! – рыкнул мужчина, добавив силу в голос. После того как он убедился, что охранник и не думает подчиняться, стянул перчатку и продемонстрировал кольцо инквизитора.
Солдат вздрогнул и, стараясь унять дрожь в руках, приложил руку к считывателю отпечатков. Дверь открылась, и перед паладином предстала темная комната, в конце которой на золотых цепях висел худой лысый мужчина.
– Здравствуй, Каин, – произнес паладин и сделал шаг внутрь комнаты.
Пленник в один миг обернулся в огромную черную кляксу, рванувшую к гостю. Налету раскрыв пасть, она пыталась до него дотянуться, но за несколько сантиметров от лица цепи дернули тварь обратно.
– Вижу, ты не теряешь надежды, – кивнул гость.
– Никогда не сдаваться – это мой путь, – прохрипел пленный, вставая с колен. – Зачем пришел?
– Ты никогда не сдавался, – кивнул паладин. – Проигрывал, но никогда не сдавался.
– Решил вспомнить былое? – усмехнулся Каин. – На чем остановимся? На том, как мы вместе выживали в трущобах? Помнишь, как делили украденный хлеб? Или как меня запинали ногами, когда поймали на воровстве рыбы из морозильных камер? А, Рим? Ты, вообще-то, знал тогда, что меня выслеживают?
– Я тогда не помог, – кивнул паладин. – Знал, но не помог. Ты уже встал на путь разрушения. Именно тогда наши дороги разошлись.
– Дороги разошлись, – кивнул узник, оперевшись спиной на стену. – А мою Кари ты тоже убил за путь разрушения?
– Таково было решение…
– Чье РЕШЕНИЕ?!! – взревел Каин и снова рванул к паладину. Цепи впились в кожу, но темный и не думал останавливаться. Его лицо покрылось сетью темных прожилок, сочащихся тьмой, вены на шее набухли, но он продолжал тянуться к собеседнику, сверля его полными ярости глазами. – Она была невинна! За ней не было смертей, не было тьмы! Она даже не знала о том, кто я на самом деле! Ну же! НЕ ОТВОДИ ВЗГЛЯД! В ГЛАЗА МНЕ СМОТРИ! За что ты убил ее?
Паладин поднял взгляд и уставился в два бездонных колодца, наполненных тьмой.
– Это был приказ инквизитора Пауля. Я не был согласен с этим ходом, но… Он оказался эффективен. Ты начал ошибаться.
Тут Рим умолк и несколько секунд молча собирался с мыслями.
– Прости меня. Я действительно виноват, хоть и не знал ситуации целиком.
– Прости? Это все, что ты можешь сказать? – произнес пленник, сделав шаг назад. – И кто из нас лицемерный ублюдок, а, Рим? Я ушел, я отрекся от всех. Я отказал орденам. Я отказал всем кланам и ушел. Я ведь действительно решил что-то изменить.
– И ты решил, что инквизиция просто так тебя оставит? – тоскливо произнес паладин. – Ты действительно думал, что тебе просто простят реки крови? Давай вспомним Алимбо? Зачем ты уничтожил целый город? Зачем тебе были нужны сотни тысяч душ?
– Ты не поверишь, но для дела, – рыкнул в ответ Каин. – Эти души пошли на строительство Темной цитадели и места силы ордена «Кровавой расплаты».
– Значит, для тебя сотня тысяч душ были просто рабочим моментом?
– Всего лишь рабочий момент, – кивнул темный. – Только вот, когда соседи устраивали ковровые бомбардировки, на их пути стояли мы. Мы отражали атаки, мы бились насмерть, и мы умыли их в крови. Именно мы вышвырнули их из нашей страны! Да, для кого-то наши методы кровавы, но я хотя бы не лицемерю. Да! Я темный, и сила моя – ужас и смерть! Но я никогда не лицемерил. В отличие от тебя, Рим. Вы же никого не пощадили. Ни одного мага, кто пошел за мной. Ни одной моей женщины. Вы даже шлюх переловили, кто по молодости со мной спал.
– Твоя сила – это ужас, – кивнул Рим. – Они настолько тебя испугались, что, погрузившись в паранойю, бросились уничтожать даже намек на твое семя. Они до дрожи в коленях тебя боятся. Именно поэтому они проводили суд без тебя.
– Суд? СУД??? Ха-ха-ха! Эти кретины все же решили меня судить? – расхохотался в ответ темный. – Если они решили меня судить, то каждый магистр должен сесть на скамью подсудимых вместе со мной. И ты не исключение.
– Я не исключение, – кивнул Рим. – Тебе вынесли приговор.
– Дай угадаю… смерть? Нет? Тогда… смерть? Нет! Они однозначно выберут – смерть! – наигранно произнес Каин и резко переменился в лице. – Зачем ты пришел, Рим? Я без тебя понимаю, что меня убьют.
– Они не просто убьют, – покачал головой друг детства. – Они решили расщепить твою душу через ритуал «Разрыв круга Омула». Они боятся, что у тебя остались метки и ты возродишься через них.
– И это тоже ожидаемо, – ответил узник, осунувшись. – Ожидаемо, что они исхитрятся сделать это побольней, но не «Разрыв круга Омула».
– Они нашли одну нить, но она никуда не ведет. Поэтому решили подстраховаться и не рисковать.
