Посылка полностью

«Мне нужно отдохнуть, Филипп. Но, зная, что ты пропускаешь свой доклад только из-за меня, я буду нервничать еще сильнее. Я приняла лекарство. Вы все проверили, а после обеда Сильвия придет проведать меня, так что сделайте мне и себе одолжение и оставьте меня одну, хорошо?»

В этом не было ни слова лжи, но и ни слова правды.

– А средство подействовало? – спросил Конрад.

Он налил ей немного чая. Чайную свечу в подставке скоро нужно заменить. Фитиль почти целиком погрузился в расплавленный воск.

– Да, еще как.

– Ты захотела спать?

Эмма взяла предложенную ей чашку и сделала глоток. У чая «Ассам» был горьковатый и тяжелый вкус, как будто его слишком долго заваривали.

– Диазепам меня практически вырубил. Я была как под наркозом перед операцией.

– И избавилась от страха?

– Не сразу, нет. Но это было связано с тем, что…

– С чем?

– Просто… кое-что произошло. Когда мы прощались.

Конрад поднял брови и ждал, что Эмма продолжит говорить.

– Йорго. Он взял меня за руку…

– И?

– И вложил мне что-то в ладонь.

– Что?

– Листок.

– Что там было написано?

– Самое чудесное, что я слышала от мужчины, давным-давно.

– «Я люблю тебя»? – спросил Конрад. Эмма помотала головой.

– «Я верю тебе», – сказала она и сделала паузу, чтобы дать словам подействовать.

Конрад не казался удивленным, но с его натренированным покерным лицом это ничего не значит.

– Я верю тебе, – тихо повторил он.

– Йорго нацарапал это на крохотном блокнотном листке. И еще, что я должна ему позвонить. Я лишилась дара речи, когда прочитала сообщение, как только оба ушли.

– А потом?

Эмма вздрогнула.

– Ты же знаешь, что произошло.

– Я хочу услышать это от тебя.

– Я, я…

Она закрыла глаза. Представила перед собой входную дверь. Изнутри. Увидела, как протягивает руку к дверной ручке, поворачивает два раза ключ.

– Я сделала невообразимое, – закончила она свое предложение.

Конрад едва заметно кивнул.

– Впервые за шесть месяцев?

– Да.

Конрад подался вперед:

– Почему?

Эмма подняла голову. Посмотрела ему прямо в глаза. Увидела в его зрачках собственное малюсенькое отражение.

– Из-за крови, – прошептала она. – Повсюду была кровь.

Эмма стояла на коленях в луже крови посреди гостиной, между камином и письменным столом, и была на удивление спокойна. Кровь вырвалась потоком, абсолютно неожиданно, несмотря на предшествующее хрипение и тяжелое дыхание.

Глубокий вздох, судорога верхних грудных мышц. Шум, как-будто тело на выдохе пытается избавиться от чего-то живого, – и потом Самсона вырвало прямо к ее ногам.

– Мой бедный, что же с тобой такое? – Она погладила его по голове и почувствовала, как он дрожит, словно ему так же холодно, как и ей самой.

Не прошло и получаса, как Филипп и Йорго уехали, а она за это время умудрилась во второй раз перевернуть весь дом в поисках посылки, которая действительно исчезла.

Но это невозможно!

Измотанная, со вспотевшей спиной, она как раз вернулась в гостиную из коридора, который еще раз обыскала. В отчаянии решила в последний раз посмотреть под ковриком Самсона: возможно, псу пришла в голову идея перетащить посылку к своему спальному месту. Но вместо посылки она обнаружила там Самсона в этом жалком состоянии.

– Самсон, ну же. Ты меня слышишь?

Пес снова начал задыхаться.

В обычных обстоятельствах Эмма испугалась бы до смерти и первым делом зажала бы рот руками, от страха, что не справится в такой критической ситуации. Но недавно принятый диазепам сгладил самые высокие волны страха, хотя полностью не устранил. Это как анестезия у зубного врача. Острые вспышки боли уже не ощущаются – только вездесущее тлеющее пламя, которое глубоко внутри только и ждет момента, чтобы заново вспыхнуть, едва действие укола ослабнет.

И что ей делать сейчас?

Она посмотрела на улицу. Буроголовая ворона села на голую магнолию и вроде подмигнула Эмме, но это, конечно, только показалось. По-прежнему шел густой снег. Эмма не могла разглядеть глаза птицы.

Ее подсознание подсказывало ей, что нужно делать.

– Ты должна выйти наружу!

– Нет! – громко возразила она, но практически не услышала своего голоса, потому что Самсона снова вырвало. На этот раз крови было меньше, но лучше от этого не стало.

– Да, ты и сама знаешь. Ты должна покинуть дом, Самсону нужна помощь!

– Ни за что. – Эмма помотала головой и подошла к столу, на котором лежал ее сотовый.

– И куда ты хочешь звонить?

– В экстренную ветеринарную службу, куда же еще?

– Уверена?

– Конечно, только взгляни на него.

Она посмотрела на Самсона.

– Понимаю, – продолжил голос у нее в голове, он напоминал ее собственный, только в какой-то заумной версии. – Кажется, ему осталось недолго. Ты действительно этого хочешь?

– Спасти его?

– Подвергнуть себя опасности, – ответил голос.

Как громом пораженная, Эмма замерла, ей потребовалось несколько секунд, чтобы переварить эти слова. Потом она снова положила телефон на стол.

– Ты прав.